Четырёхмиллиардная летопись жизни до Homo sapiens укладывается в цепочку «животные → позвоночные → млекопитающие → приматы → люди», где каждая ветвь принесла новшества: тело и кишечник, позвоночник и конечности, молоко и шерсть, а затем ногти. В новой книге «Древо жизни» автор напоминает, что многие особенности человека до сих пор объяснены лишь частично.
Повторы на разных ветвях — явление конвергентной эволюции — позволяют тестировать «зачем» появился тот или иной признак. Ошибка с ласточками показала силу этого подхода: внешнее сходство привело к объединению ласточек и стрижей, но ДНК и скелет выявили родство ласточек скорее с совами, а не со стрижами.
Размер яичек — классический пример, где конвергенция раскрывает функцию. У черно-белого колобуса (3 г) небольшой гарем, сперма почти не требуется. У макаки-боннет (48 г) в смешанном отряде из тридцати особей царит и полиандрия, и полигамия, поэтому производство спермы максимальное.
У серебристого гориллы-самца, владеющего гаремом, семенники малы; у шимпанзе и бонобо, где самки спариваются со многими самцами, они велики. У дельфинов-вертушек групповые «wuzzle»-события делают яички рекордными — до 4 % массы тела; если бы человек следовал этой пропорции, каждая железа весила бы около 3 кг.
Правило повторяется у млекопитающих снова и снова: чем выше промискуитет, тем крупнее семенники, а при моногамии или гаремной полигинии они сокращаются. Homo sapiens оказался посредине: человеческие яички примерно в три раза крупнее горилльих относительно массы тела, но всего одна пятая от шимпанзичьих. Наше прошлое сочетало и пары, и эпизодическую полигамию, что подтверждает промежуточное положение.
Совсем иначе обстоит дело с подбородком. Истинный выступающий подбородок имеется только у Homo sapiens; у неандертальцев и остальных млекопитающих он отсутствует. Предлагаются три гипотезы: усиление нижней челюсти для укуса и драки, сексуальный сигнал (выделение бороды), либо бессмысленный остаток после уменьшения челюсти благодаря мягкой пище и кулинарии. Однако конвергентных примеров нет, а значит, проверить идеи невозможно.
Отсутствие повторений на древе жизни оставляет подбородок в перечне «необъяснимых»: как и вопросы о том, почему «когда дело доходит до наших мозгов, размер — не всё», «как динозавры достигли титанических размеров» или «как человек утратил шерсть». Эти темы регулярно появляются в рассылке The Essential List, напоминая, что даже самое подробное «Древо жизни» пока содержит белые пятна.
Изображение носит иллюстративный характер
Повторы на разных ветвях — явление конвергентной эволюции — позволяют тестировать «зачем» появился тот или иной признак. Ошибка с ласточками показала силу этого подхода: внешнее сходство привело к объединению ласточек и стрижей, но ДНК и скелет выявили родство ласточек скорее с совами, а не со стрижами.
Размер яичек — классический пример, где конвергенция раскрывает функцию. У черно-белого колобуса (3 г) небольшой гарем, сперма почти не требуется. У макаки-боннет (48 г) в смешанном отряде из тридцати особей царит и полиандрия, и полигамия, поэтому производство спермы максимальное.
У серебристого гориллы-самца, владеющего гаремом, семенники малы; у шимпанзе и бонобо, где самки спариваются со многими самцами, они велики. У дельфинов-вертушек групповые «wuzzle»-события делают яички рекордными — до 4 % массы тела; если бы человек следовал этой пропорции, каждая железа весила бы около 3 кг.
Правило повторяется у млекопитающих снова и снова: чем выше промискуитет, тем крупнее семенники, а при моногамии или гаремной полигинии они сокращаются. Homo sapiens оказался посредине: человеческие яички примерно в три раза крупнее горилльих относительно массы тела, но всего одна пятая от шимпанзичьих. Наше прошлое сочетало и пары, и эпизодическую полигамию, что подтверждает промежуточное положение.
Совсем иначе обстоит дело с подбородком. Истинный выступающий подбородок имеется только у Homo sapiens; у неандертальцев и остальных млекопитающих он отсутствует. Предлагаются три гипотезы: усиление нижней челюсти для укуса и драки, сексуальный сигнал (выделение бороды), либо бессмысленный остаток после уменьшения челюсти благодаря мягкой пище и кулинарии. Однако конвергентных примеров нет, а значит, проверить идеи невозможно.
Отсутствие повторений на древе жизни оставляет подбородок в перечне «необъяснимых»: как и вопросы о том, почему «когда дело доходит до наших мозгов, размер — не всё», «как динозавры достигли титанических размеров» или «как человек утратил шерсть». Эти темы регулярно появляются в рассылке The Essential List, напоминая, что даже самое подробное «Древо жизни» пока содержит белые пятна.
