Значительная часть лесных угодий США, особенно в восточных и северо-центральных регионах, находится в частной собственности. Это создает уникальную проблему в борьбе с инвазивными видами, такими как крушина ломкая (Glossy buckthorn), быстрорастущий экзотический кустарник, вытесняющий местные виды и наносящий ущерб экосистемам, в частности, мешающий росту белой восточной сосны. Эффективное управление инвазивными видами в таких условиях требует скоординированных усилий множества землевладельцев.
Исследование, проведенное в Университете Иллинойса в Урбане-Шампейне и опубликованное в журнале Land Economics под названием «Пространственные биоинвазионные экстерналии с гетерогенными предпочтениями землевладельцев. Двухагентная биоэкономическая модель», рассматривает, как различные мотивации частных лесовладельцев влияют на их готовность к борьбе с инвазивными видами. Шади Аталла, доцент кафедры экономики сельского хозяйства и потребления Колледжа сельскохозяйственных, потребительских и экологических наук Университета Иллинойса, использовал теорию игр для моделирования решений землевладельцев.
В США существуют программы, частично компенсирующие затраты лесовладельцев на борьбу с инвазивными видами (до 75% затрат). Однако, как показывает исследование, эти программы не всегда являются наиболее эффективным использованием средств. Если землевладелец и так был намерен бороться с инвазивным видом, субсидия оказывается потраченной впустую.
Аталла, опираясь на данные опроса лесовладельцев штатов Мэн и Нью-Гэмпшир, построил теоретическую модель, учитывающую два основных типа землевладельцев: «Рекреационист» и «Производитель древесины». «Рекреационист» ценит лес за возможности для отдыха (пешие прогулки, наблюдение за дикой природой), и инвазивные кустарники мешают ему, блокируя тропы и ухудшая условия для наблюдения за животными. «Производитель древесины» заинтересован в получении прибыли от продажи древесины, и инвазивные виды снижают его доход, препятствуя росту ценных пород деревьев.
Модель учитывает различные механизмы распространения инвазивных видов (на короткие расстояния – мелкими млекопитающими, на большие – птицами и водоплавающими), а также скорость распространения (быструю или медленную). Важным фактором является и место первоначального появления биоинвазии, поскольку контроль в источнике наиболее эффективен.
В большинстве смоделированных сценариев «производитель древесины» принимает решение о контроле инвазивных видов независимо от наличия субсидий. «Рекреационист», как правило, не предпринимает мер по контролю без финансовой поддержки.
Исключением является случай быстрого распространения на большие расстояния. В этом случае затраты на контроль становятся настолько высокими, что без поддержки ни один из типов владельцев не будет заниматься контролем. Это оправдывает существующую практику, когда субсидии доступны всем.
Однако в других случаях (медленное распространение на большие расстояния, медленное или быстрое распространение на короткие расстояния) наиболее эффективным оказывается предоставление субсидий только «рекреационисту» («слабому звену»), который в противном случае не будет предпринимать никаких действий. «Производитель древесины» косвенно выигрывает от этого, поскольку очистка земель «рекреациониста» снижает распространение инвазивных видов и, следовательно, уменьшает затраты на контроль на его собственной территории.
Таким образом, исследование показывает, что, хотя предоставление субсидий только одному типу землевладельцев может показаться несправедливым, такой подход может быть более экономически эффективным. Ключевая идея заключается в том, чтобы «субсидировать слабое звено», то есть того владельца, который не будет контролировать инвазивные виды без финансового стимула. Модель, разработанная Аталлой, применима к различным мотивациям землевладельцев и другим сценариям, где различаются модели распространения инвазивных видов и причины владения землей.
Изображение носит иллюстративный характер
Исследование, проведенное в Университете Иллинойса в Урбане-Шампейне и опубликованное в журнале Land Economics под названием «Пространственные биоинвазионные экстерналии с гетерогенными предпочтениями землевладельцев. Двухагентная биоэкономическая модель», рассматривает, как различные мотивации частных лесовладельцев влияют на их готовность к борьбе с инвазивными видами. Шади Аталла, доцент кафедры экономики сельского хозяйства и потребления Колледжа сельскохозяйственных, потребительских и экологических наук Университета Иллинойса, использовал теорию игр для моделирования решений землевладельцев.
В США существуют программы, частично компенсирующие затраты лесовладельцев на борьбу с инвазивными видами (до 75% затрат). Однако, как показывает исследование, эти программы не всегда являются наиболее эффективным использованием средств. Если землевладелец и так был намерен бороться с инвазивным видом, субсидия оказывается потраченной впустую.
Аталла, опираясь на данные опроса лесовладельцев штатов Мэн и Нью-Гэмпшир, построил теоретическую модель, учитывающую два основных типа землевладельцев: «Рекреационист» и «Производитель древесины». «Рекреационист» ценит лес за возможности для отдыха (пешие прогулки, наблюдение за дикой природой), и инвазивные кустарники мешают ему, блокируя тропы и ухудшая условия для наблюдения за животными. «Производитель древесины» заинтересован в получении прибыли от продажи древесины, и инвазивные виды снижают его доход, препятствуя росту ценных пород деревьев.
Модель учитывает различные механизмы распространения инвазивных видов (на короткие расстояния – мелкими млекопитающими, на большие – птицами и водоплавающими), а также скорость распространения (быструю или медленную). Важным фактором является и место первоначального появления биоинвазии, поскольку контроль в источнике наиболее эффективен.
В большинстве смоделированных сценариев «производитель древесины» принимает решение о контроле инвазивных видов независимо от наличия субсидий. «Рекреационист», как правило, не предпринимает мер по контролю без финансовой поддержки.
Исключением является случай быстрого распространения на большие расстояния. В этом случае затраты на контроль становятся настолько высокими, что без поддержки ни один из типов владельцев не будет заниматься контролем. Это оправдывает существующую практику, когда субсидии доступны всем.
Однако в других случаях (медленное распространение на большие расстояния, медленное или быстрое распространение на короткие расстояния) наиболее эффективным оказывается предоставление субсидий только «рекреационисту» («слабому звену»), который в противном случае не будет предпринимать никаких действий. «Производитель древесины» косвенно выигрывает от этого, поскольку очистка земель «рекреациониста» снижает распространение инвазивных видов и, следовательно, уменьшает затраты на контроль на его собственной территории.
Таким образом, исследование показывает, что, хотя предоставление субсидий только одному типу землевладельцев может показаться несправедливым, такой подход может быть более экономически эффективным. Ключевая идея заключается в том, чтобы «субсидировать слабое звено», то есть того владельца, который не будет контролировать инвазивные виды без финансового стимула. Модель, разработанная Аталлой, применима к различным мотивациям землевладельцев и другим сценариям, где различаются модели распространения инвазивных видов и причины владения землей.
