Новое исследование больших синиц (Parus major), опубликованное в журнале PLOS Biology, выявило, что молодые птицы приобретают жизненно важные навыки добычи пищи в первую очередь у своих братьев, сестер и других неродственных взрослых особей. Это демонстрирует мощный механизм социального обучения, который может быть более влиятельным, чем родительское наставничество, особенно у видов с ограниченной родительской заботой.
Соня Уайлд, поведенческий эколог из Калифорнийского университета в Дэвисе и соавтор исследования, отмечает существующий пробел в знаниях: «Большая часть наших знаний о социальном обучении у молодняка происходит от видов с длительным периодом родительской опеки, включая людей... Но что происходит с передачей знаний, когда родительская опека ограничена?».
Для молодых больших синиц время на обучение крайне сжато. «Когда они покидают гнездо, они ничего не знают. Они не могут сами добывать пищу или находить укрытие. У них есть всего около 10 дней родительской опеки, чтобы всему научиться», — объясняет Уайлд. Такое сильное эволюционное давление заставляет птенцов максимально быстро осваивать самостоятельный поиск пищи.
Чтобы изучить этот процесс, команда исследователей провела 10-недельный эксперимент с участием 51 гнездящейся пары и их 229 птенцов-слетков. В качестве инструмента использовались полностью автоматизированные кормушки-головоломки.
Механизм головоломки был прост: чтобы получить доступ к поддону с мучными червями, птица должна была сдвинуть дверцу влево или вправо. Автоматизированная система зафиксировала десятки тысяч решений, что позволило детально проанализировать процесс обучения и принятия решений. Энтузиазм птиц был очевиден: всего за несколько недель они съели около 72 фунтов (примерно 32,6 кг) червей.
Результаты показали, что когда первый птенец в выводке учился решать головоломку, примерно в 75% случаев он перенимал навык у взрослых птиц, не являвшихся его родителями. Лишь 25% птенцов-«первооткрывателей» научились этому у своих отца или матери.
Однако после того, как первый птенец в семье осваивал задачу, динамика резко менялась. Около 94% его братьев и сестер научились открывать кормушку, подражая именно ему. Это доказывает, что сиблинги (братья и сестры) выступают в роли чрезвычайно эффективных учителей для своего поколения.
Таким образом, сложные связи между сиблингами и обучение у сверстников не являются исключительно человеческой чертой. У видов, где родительская опека коротка, развиваются альтернативные пути социального обучения, которые становятся ключевыми для выживания и передачи навыков.
Понимание этой динамики и так называемых «животных культур» имеет прямые последствия для сохранения видов. Соня Уайлд подчеркивает: «Чем разнообразнее животные культуры, тем более устойчивы популяции к вымиранию и способны справляться с колебаниями окружающей среды».
Виды с множеством ролевых моделей, от которых можно перенять социально усвоенную информацию, оказываются менее уязвимыми. Наличие в популяции особей с различными навыками решения проблем, полученными из разных источников, повышает ее способность адаптироваться к новым вызовам, таким как изменение источников пищи или среды обитания.
Изображение носит иллюстративный характер
Соня Уайлд, поведенческий эколог из Калифорнийского университета в Дэвисе и соавтор исследования, отмечает существующий пробел в знаниях: «Большая часть наших знаний о социальном обучении у молодняка происходит от видов с длительным периодом родительской опеки, включая людей... Но что происходит с передачей знаний, когда родительская опека ограничена?».
Для молодых больших синиц время на обучение крайне сжато. «Когда они покидают гнездо, они ничего не знают. Они не могут сами добывать пищу или находить укрытие. У них есть всего около 10 дней родительской опеки, чтобы всему научиться», — объясняет Уайлд. Такое сильное эволюционное давление заставляет птенцов максимально быстро осваивать самостоятельный поиск пищи.
Чтобы изучить этот процесс, команда исследователей провела 10-недельный эксперимент с участием 51 гнездящейся пары и их 229 птенцов-слетков. В качестве инструмента использовались полностью автоматизированные кормушки-головоломки.
Механизм головоломки был прост: чтобы получить доступ к поддону с мучными червями, птица должна была сдвинуть дверцу влево или вправо. Автоматизированная система зафиксировала десятки тысяч решений, что позволило детально проанализировать процесс обучения и принятия решений. Энтузиазм птиц был очевиден: всего за несколько недель они съели около 72 фунтов (примерно 32,6 кг) червей.
Результаты показали, что когда первый птенец в выводке учился решать головоломку, примерно в 75% случаев он перенимал навык у взрослых птиц, не являвшихся его родителями. Лишь 25% птенцов-«первооткрывателей» научились этому у своих отца или матери.
Однако после того, как первый птенец в семье осваивал задачу, динамика резко менялась. Около 94% его братьев и сестер научились открывать кормушку, подражая именно ему. Это доказывает, что сиблинги (братья и сестры) выступают в роли чрезвычайно эффективных учителей для своего поколения.
Таким образом, сложные связи между сиблингами и обучение у сверстников не являются исключительно человеческой чертой. У видов, где родительская опека коротка, развиваются альтернативные пути социального обучения, которые становятся ключевыми для выживания и передачи навыков.
Понимание этой динамики и так называемых «животных культур» имеет прямые последствия для сохранения видов. Соня Уайлд подчеркивает: «Чем разнообразнее животные культуры, тем более устойчивы популяции к вымиранию и способны справляться с колебаниями окружающей среды».
Виды с множеством ролевых моделей, от которых можно перенять социально усвоенную информацию, оказываются менее уязвимыми. Наличие в популяции особей с различными навыками решения проблем, полученными из разных источников, повышает ее способность адаптироваться к новым вызовам, таким как изменение источников пищи или среды обитания.
