В декабре 1945 года, получая Нобелевскую премию за открытие пенициллина, Александр Флеминг произнес пророческие слова. Он предупредил мир об опасности, которая сегодня уносит десятки тысяч жизней ежегодно. Флеминг привел гипотетический пример пациента «мистера Икс», который недолечился пенициллином, создав устойчивые бактерии, впоследствии убившие его жену. «Если вы используете пенициллин, используйте его в достаточном количестве», — предостерег ученый.
Эта история — часть более широкого повествования о том, как человечество открыло микромир, победило микробы, но теперь рискует проиграть войну с инфекционными заболеваниями. Такой взгляд предлагает Томас Левенсон, профессор научной журналистики из MIT, в своей книге «Столь малое: Как люди открыли микрокосмос, победили микробы — и могут все же проиграть войну с инфекционными заболеваниями», которая выйдет в издательстве Random House в 2025 году.
Нобелевская премия по физиологии и медицине 1945 года была присуждена не только Флемингу, но и Говарду Флори и Эрнсту Чейну, которые превратили открытие пенициллина в действующее лекарство. Однако уже к 1946 году, всего через год после этого триумфа науки, в медицинской литературе появились первые сообщения о случаях гонореи, устойчивой к антибиотикам.
Что еще более тревожно, признаки надвигающейся проблемы были заметны еще раньше. В 1940 году, за пять лет до нобелевской речи Флеминга, исследователи в лаборатории Флори уже продемонстрировали устойчивость стафилококка к пенициллину. История повторялась с каждым новым антибиотиком: стрептомицин, первый эффективный препарат против туберкулеза, был выделен в 1944 году, а к 1948 году уже появились устойчивые к нему штаммы туберкулеза. Метициллин был введен в 1959 году, а первый устойчивый к нему штамм (MRSA) появился всего два года спустя, в 1961 году.
Сегодня мы столкнулись с полномасштабным кризисом антибиотикорезистентности. По данным на 2020 год, XDR-TB (туберкулез с широкой лекарственной устойчивостью) был зарегистрирован в 123 странах мира. Ежегодно около 1,3 миллиона человек умирают от туберкулеза. В США только за 2019 год было зафиксировано почти 3 миллиона инфекций, устойчивых к антибиотикам, что привело примерно к 35 000 смертей от ранее излечимых микробных заболеваний.
Особенно показателен случай, произошедший в округе Уошо, штат Невада. Пожилая женщина в возрасте за 70 заразилась бактерией Klebsiella pneumoniae во время пребывания в Индии. Вернувшись в США в августе 2016 года, она столкнулась с ужасающей реальностью: бактерия оказалась устойчивой ко всем 26 доступным в Соединенных Штатах антибиотикам. Через несколько недель пациентка умерла от неизлечимой инфекции.
Этот случай иллюстрирует реальность, о которой предупреждал Флеминг: «супербактерии», устойчивые ко всем доступным лекарствам, уже убивают людей. Возникает закономерный вопрос: «Как это могло произойти? Как можно было допустить такое развитие событий?» Левенсон предполагает, что особенности человеческого мышления могут затруднять эффективное решение подобных проблем.
Теория микробов развивалась постепенно благодаря открытиям множества ученых. Мы прошли путь от непонимания причин болезней до создания мощных лекарств. Но сейчас, когда эти лекарства теряют эффективность, мы стоим перед угрозой возвращения в эпоху, когда простые инфекции могли быть смертельными. И что самое тревожное — эта угроза была предсказана с самого начала эры антибиотиков, но мы не смогли ее предотвратить.
Изображение носит иллюстративный характер
Эта история — часть более широкого повествования о том, как человечество открыло микромир, победило микробы, но теперь рискует проиграть войну с инфекционными заболеваниями. Такой взгляд предлагает Томас Левенсон, профессор научной журналистики из MIT, в своей книге «Столь малое: Как люди открыли микрокосмос, победили микробы — и могут все же проиграть войну с инфекционными заболеваниями», которая выйдет в издательстве Random House в 2025 году.
Нобелевская премия по физиологии и медицине 1945 года была присуждена не только Флемингу, но и Говарду Флори и Эрнсту Чейну, которые превратили открытие пенициллина в действующее лекарство. Однако уже к 1946 году, всего через год после этого триумфа науки, в медицинской литературе появились первые сообщения о случаях гонореи, устойчивой к антибиотикам.
Что еще более тревожно, признаки надвигающейся проблемы были заметны еще раньше. В 1940 году, за пять лет до нобелевской речи Флеминга, исследователи в лаборатории Флори уже продемонстрировали устойчивость стафилококка к пенициллину. История повторялась с каждым новым антибиотиком: стрептомицин, первый эффективный препарат против туберкулеза, был выделен в 1944 году, а к 1948 году уже появились устойчивые к нему штаммы туберкулеза. Метициллин был введен в 1959 году, а первый устойчивый к нему штамм (MRSA) появился всего два года спустя, в 1961 году.
Сегодня мы столкнулись с полномасштабным кризисом антибиотикорезистентности. По данным на 2020 год, XDR-TB (туберкулез с широкой лекарственной устойчивостью) был зарегистрирован в 123 странах мира. Ежегодно около 1,3 миллиона человек умирают от туберкулеза. В США только за 2019 год было зафиксировано почти 3 миллиона инфекций, устойчивых к антибиотикам, что привело примерно к 35 000 смертей от ранее излечимых микробных заболеваний.
Особенно показателен случай, произошедший в округе Уошо, штат Невада. Пожилая женщина в возрасте за 70 заразилась бактерией Klebsiella pneumoniae во время пребывания в Индии. Вернувшись в США в августе 2016 года, она столкнулась с ужасающей реальностью: бактерия оказалась устойчивой ко всем 26 доступным в Соединенных Штатах антибиотикам. Через несколько недель пациентка умерла от неизлечимой инфекции.
Этот случай иллюстрирует реальность, о которой предупреждал Флеминг: «супербактерии», устойчивые ко всем доступным лекарствам, уже убивают людей. Возникает закономерный вопрос: «Как это могло произойти? Как можно было допустить такое развитие событий?» Левенсон предполагает, что особенности человеческого мышления могут затруднять эффективное решение подобных проблем.
Теория микробов развивалась постепенно благодаря открытиям множества ученых. Мы прошли путь от непонимания причин болезней до создания мощных лекарств. Но сейчас, когда эти лекарства теряют эффективность, мы стоим перед угрозой возвращения в эпоху, когда простые инфекции могли быть смертельными. И что самое тревожное — эта угроза была предсказана с самого начала эры антибиотиков, но мы не смогли ее предотвратить.
