Высокие уровни тяжелого изотопа азота N-15 в костях неандертальцев долгое время считались неоспоримым доказательством их статуса высших хищников, потреблявших мясо в количествах, сравнимых с гиенами или львами. Это соотношение N-15 к N-14 прямо указывает на положение в пищевой цепи.
Однако такая модель экстремального плотоядения сталкивается с серьезной проблемой человеческой физиологии. Карен Харди, специалист по доисторической археологии из Университета Глазго, Шотландия, подчеркивает: человеческий организм не способен без вреда перерабатывать столько чистого мяса, как специализированные хищники. Несбалансированная диета приводит к токсикозу: тело использует белок для энергии, а не для строительства тканей, производя опасные отходы, вызывающие тошноту, диарею и даже смерть.
Возникает вопрос: если неандертальцы не могли физически есть как гиены, почему их изотопная сигнатура идентична? Антропологический археолог Джон Спис из Мичиганского университета в Энн-Арборе предложил неожиданное решение, основанное на этнографических записях о народах с похожим на неандертальцев образом жизни.
Идею Списа развила биологический антрополог Мелани Бизли из Университета Пердью, Уэст-Лафайет, Индиана. Первоначально исследуя разложение мышц для определения времени смерти, она адаптировала эксперимент. На протяжении двух лет ее команда изучала разлагающуюся мышечную ткань, пожертвованную науке, моделируя возможное потребление неандертальцами туш на поздних стадиях разложения. Из любопытства проанализировали и личинок мух (опарышей), питавшихся тканью.
Ключевое открытие: соотношение N-15 к N-14 почти в 400 протестированных личинках оказалось значительно выше, чем в самой разлагающейся ткани. Фактически, эта пропорция была выше, чем в любой другой изученной животной ткани.
Бизли объясняет этот феномен процессом ферментации при гниении: более легкий изотоп N-14, вероятно, улетучивается в виде соединений типа аммиака. Это концентрирует N-15 в остатках, которые поглощают личинки. Потребление этих личинок неандертальцами могло бы объяснить аномально высокие уровни N-15 в их костях без необходимости сверхвысокого потребления свежего мяса.
Личинки – не просто источник белка. Бизли отмечает: «Они превращают гниющую плоть в "жировую добавку"... потребление личинок дает как постное мясо, так и жир, делая их более полноценным, питательным продуктом». При этом, согласно традиционным практикам коренных народов, потребление ферментированного мяса и связанных с ним насекомых «совершенно безопасно».
Карен Харди полностью поддерживает гипотезу: «Это абсолютно очевидно», – заявляет она, указывая на простоту сбора личинок: «Вы кладете кусок мяса, личинки приходят, вы подходите к этому куску мяса и собираете свою еду».
Прямых археологических доказательств поедания личинок неандертальцами пока нет, предупреждает археолог Мануэль Домингес-Родриго из Университета Райса, Хьюстон. Для проверки гипотезы он предлагает сравнить уровни тяжелого азота в костях современных групп, известных потреблением протухшего мяса. Исследование Бизли и Списа опубликовано в журнале Science Advances 25 июля.
Изображение носит иллюстративный характер
Однако такая модель экстремального плотоядения сталкивается с серьезной проблемой человеческой физиологии. Карен Харди, специалист по доисторической археологии из Университета Глазго, Шотландия, подчеркивает: человеческий организм не способен без вреда перерабатывать столько чистого мяса, как специализированные хищники. Несбалансированная диета приводит к токсикозу: тело использует белок для энергии, а не для строительства тканей, производя опасные отходы, вызывающие тошноту, диарею и даже смерть.
Возникает вопрос: если неандертальцы не могли физически есть как гиены, почему их изотопная сигнатура идентична? Антропологический археолог Джон Спис из Мичиганского университета в Энн-Арборе предложил неожиданное решение, основанное на этнографических записях о народах с похожим на неандертальцев образом жизни.
Идею Списа развила биологический антрополог Мелани Бизли из Университета Пердью, Уэст-Лафайет, Индиана. Первоначально исследуя разложение мышц для определения времени смерти, она адаптировала эксперимент. На протяжении двух лет ее команда изучала разлагающуюся мышечную ткань, пожертвованную науке, моделируя возможное потребление неандертальцами туш на поздних стадиях разложения. Из любопытства проанализировали и личинок мух (опарышей), питавшихся тканью.
Ключевое открытие: соотношение N-15 к N-14 почти в 400 протестированных личинках оказалось значительно выше, чем в самой разлагающейся ткани. Фактически, эта пропорция была выше, чем в любой другой изученной животной ткани.
Бизли объясняет этот феномен процессом ферментации при гниении: более легкий изотоп N-14, вероятно, улетучивается в виде соединений типа аммиака. Это концентрирует N-15 в остатках, которые поглощают личинки. Потребление этих личинок неандертальцами могло бы объяснить аномально высокие уровни N-15 в их костях без необходимости сверхвысокого потребления свежего мяса.
Личинки – не просто источник белка. Бизли отмечает: «Они превращают гниющую плоть в "жировую добавку"... потребление личинок дает как постное мясо, так и жир, делая их более полноценным, питательным продуктом». При этом, согласно традиционным практикам коренных народов, потребление ферментированного мяса и связанных с ним насекомых «совершенно безопасно».
Карен Харди полностью поддерживает гипотезу: «Это абсолютно очевидно», – заявляет она, указывая на простоту сбора личинок: «Вы кладете кусок мяса, личинки приходят, вы подходите к этому куску мяса и собираете свою еду».
Прямых археологических доказательств поедания личинок неандертальцами пока нет, предупреждает археолог Мануэль Домингес-Родриго из Университета Райса, Хьюстон. Для проверки гипотезы он предлагает сравнить уровни тяжелого азота в костях современных групп, известных потреблением протухшего мяса. Исследование Бизли и Списа опубликовано в журнале Science Advances 25 июля.
