Туманность Кошачий Глаз — объект, который астрономы изучают не первое десятилетие, но до сих пор он умудряется удивлять. На свежем «космическом фото недели» два крупнейших орбитальных телескопа, Hubble и Euclid, запечатлели эту планетарную туманность так, что изображение моментально разлетелось по научным и не только изданиям.
Планетарная туманность — это, если коротко, то, что остаётся от звезды, когда ей больше нечем поддерживать термоядерный синтез. Звезда сбрасывает внешние оболочки в окружающее пространство, и они расширяются, светятся, постепенно рассеиваются. Название «планетарная» тут обманчивое, к планетам она отношения не имеет. Просто в телескопы XVIII века такие туманности напоминали диски планет.
Кошачий Глаз — один из самых известных примеров. Структура у неё сложная: концентрические газовые оболочки, узлы, струи. Почему они именно такой формы, до конца не ясно. Есть гипотеза о двойной звёздной системе в центре, но прямых подтверждений пока маловато.
Hubble снимал эту туманность и раньше, классические хаббловские снимки Кошачьего Глаза знакомы, наверное, каждому, кто хоть раз листал подборки астрофотографий. Но новое изображение интересно тем, что данные Hubble совместили с данными Euclid. Euclid — телескоп Европейского космического агентства, его основная задача связана с исследованием тёмной энергии и тёмной материи, но побочный «улов» в виде снимков туманностей оказался вполне впечатляющим.
Объединение двух инструментов с разными характеристиками дало более полную картину. Hubble берёт детализацией в видимом и ультрафиолетовом диапазонах, Euclid добавляет широкоугольный охват и чувствительность в ближнем инфракрасном. В результате видно и тончайшие внутренние структуры туманности, и её внешние, более тусклые оболочки, которые теряются на одиночных снимках.
Туманность буквально светится на фоне тёмного космоса. Газ, выброшенный умирающей звездой, ионизирован её же остаточным ультрафиолетовым излучением, поэтому он флуоресцирует — отсюда и характерное свечение. Центральная звезда, к слову, всё ещё на месте: крохотный горячий остаток, который продолжает облучать разлетающиеся оболочки.
Любопытная деталь: то, что мы видим на снимке, это процесс, растянутый на тысячи лет. Внешние кольца были выброшены раньше, внутренние — позже. Получается своего рода слоёный пирог из звёздной истории, где каждый слой — отдельный эпизод нестабильности в последние этапы жизни звезды.
Для нашего Солнца, к слову, прогнозируют похожую судьбу. Через примерно пять миллиардов лет оно тоже раздуется, сбросит оболочки и, возможно, образует нечто вроде планетарной туманности. Правда, полюбоваться ею будет уже некому — Земля к тому моменту, вероятнее всего, будет поглощена расширяющимся Солнцем или превратится в выжженый камень.
Снимок Кошачьего Глаза от Hubble и Euclid — это, по сути, фотография финала звёздной жизни. Не взрыва, не катастрофы, а медленного угасания, красивого и неспешного по космическим меркам. Звезда умирает, но при этом создаёт одну из самых фотогеничных структур во Вселенной. Такая вот ирония.
Изображение носит иллюстративный характер
Планетарная туманность — это, если коротко, то, что остаётся от звезды, когда ей больше нечем поддерживать термоядерный синтез. Звезда сбрасывает внешние оболочки в окружающее пространство, и они расширяются, светятся, постепенно рассеиваются. Название «планетарная» тут обманчивое, к планетам она отношения не имеет. Просто в телескопы XVIII века такие туманности напоминали диски планет.
Кошачий Глаз — один из самых известных примеров. Структура у неё сложная: концентрические газовые оболочки, узлы, струи. Почему они именно такой формы, до конца не ясно. Есть гипотеза о двойной звёздной системе в центре, но прямых подтверждений пока маловато.
Hubble снимал эту туманность и раньше, классические хаббловские снимки Кошачьего Глаза знакомы, наверное, каждому, кто хоть раз листал подборки астрофотографий. Но новое изображение интересно тем, что данные Hubble совместили с данными Euclid. Euclid — телескоп Европейского космического агентства, его основная задача связана с исследованием тёмной энергии и тёмной материи, но побочный «улов» в виде снимков туманностей оказался вполне впечатляющим.
Объединение двух инструментов с разными характеристиками дало более полную картину. Hubble берёт детализацией в видимом и ультрафиолетовом диапазонах, Euclid добавляет широкоугольный охват и чувствительность в ближнем инфракрасном. В результате видно и тончайшие внутренние структуры туманности, и её внешние, более тусклые оболочки, которые теряются на одиночных снимках.
Туманность буквально светится на фоне тёмного космоса. Газ, выброшенный умирающей звездой, ионизирован её же остаточным ультрафиолетовым излучением, поэтому он флуоресцирует — отсюда и характерное свечение. Центральная звезда, к слову, всё ещё на месте: крохотный горячий остаток, который продолжает облучать разлетающиеся оболочки.
Любопытная деталь: то, что мы видим на снимке, это процесс, растянутый на тысячи лет. Внешние кольца были выброшены раньше, внутренние — позже. Получается своего рода слоёный пирог из звёздной истории, где каждый слой — отдельный эпизод нестабильности в последние этапы жизни звезды.
Для нашего Солнца, к слову, прогнозируют похожую судьбу. Через примерно пять миллиардов лет оно тоже раздуется, сбросит оболочки и, возможно, образует нечто вроде планетарной туманности. Правда, полюбоваться ею будет уже некому — Земля к тому моменту, вероятнее всего, будет поглощена расширяющимся Солнцем или превратится в выжженый камень.
Снимок Кошачьего Глаза от Hubble и Euclid — это, по сути, фотография финала звёздной жизни. Не взрыва, не катастрофы, а медленного угасания, красивого и неспешного по космическим меркам. Звезда умирает, но при этом создаёт одну из самых фотогеничных структур во Вселенной. Такая вот ирония.
