Ключевой фигурой, помогающей венчурным капиталистам и основателям технологических компаний ориентироваться в мире квантовых технологий, является Анастасия Марченкова. Будучи советником, вице-председателем проекта стандартов квантовых вычислений IEEE и основателем One Quark Media, она применяет прагматичный подход для оценки громких заявлений, отделяя реальные перспективы от рыночного хайпа. Её философия выражена в цитате: «Люди говорят: «У нас миллион кубитов». Круто, но они не работают. Я бы предпочла сотню хороших». Профессиональный опыт Марченковой включает работу в Bleximo, Национальной лаборатории Лоуренса в Беркли и лаборатории квантовой оптики и телекоммуникаций Технологического института Джорджии.
После нескольких лет сокращения финансирования в сектор квантовых технологий вернулись крупные инвестиции. Только за первый квартал 2025 года компании привлекли 1,25 миллиарда долларов, что примерно вдвое превышает показатель за аналогичный период предыдущего года. По прогнозам McKinsey, к 2040 году общий объем квантового рынка может достичь 198 миллиардов долларов. Инвестиционная активность заметна по всему миру, включая такие города, как Тель-Авив и Токио. При этом инвесторы перестали поддаваться магии слова «квантовый» и теперь задают более глубокие технические вопросы перед вложением средств.
Марченкова разработала трехфакторный экспресс-тест для оценки квантовых стартапов. Первые два фактора стандартны: качество команды и масштаб потенциального рынка. Третий, самый важный, — это логика, стоящая за смелыми заявлениями. Она помогает инвесторам понять, является ли заявленная цель, например, создание компьютера с миллионом кубитов, решаемой инженерной задачей или фундаментальной научной проблемой.
Ее методология заключается в декомпозиции глобальной цели на составляющие. Марченкова разбивает сложную задачу на ряд более мелких вопросов: «Что должно произойти, чтобы это стало возможным? Это проблема физики? Или производства?». Такой подход позволяет отделить незначительные трудности, связанные с производством или цепочками поставок, от нерешенных физических проблем, которые могут стать непреодолимым препятствием. Ключевой вопрос, который она использует для выявления фундаментальных научных барьеров: «Нам нужна Нобелевская премия для решения этой задачи?».
Одной из главных проблем для ученых является неумение эффективно и своевременно донести свои сложные идеи до инвесторов. Для решения этой задачи Марченкова основала компанию One Quark Media, которая помогает основателям правильно представлять свою работу, чтобы технология «не умерла в лаборатории». Квантовые стартапы сталкиваются с трудностями в привлечении финансирования из-за чрезвычайно долгих сроков окупаемости, достигающих 20 лет, что не соответствует стандартным моделям венчурных фондов. Их рынки часто слишком нишевые, чтобы заинтересовать инвесторов общего профиля, если только они не нацелены на обслуживание таких гигантов, как Google, где даже 1% рынка может означать «компанию на миллиард долларов».
Наиболее острой проблемой, сдерживающей развитие отрасли, Марченкова считает пробелы в инфраструктуре и цепочках поставок. Отрасли критически не хватает мощностей для производства специализированных материалов в промышленных масштабах, строительства новых квантовых литейных производств, расширения кадрового резерва и совершенствования технологий охлаждения. Массовое производство криогенного оборудования и материалов со сверхпроводящими свойствами остается серьезным вызовом. По ее оценке, если стоимость таких компонентов, как криогеника и управляющая электроника, снизится в 10 раз, коммерческие приложения станут экономически жизнеспособными.
Еще одна серьезная проблема — бенчмаркинг, то есть отсутствие единого стандарта для сравнения производительности различных квантовых компьютеров и моделей. Марченкова проводит аналогию с искусственным интеллектом: «Какая модель лучше?». Основной вопрос заключается в том, как протестировать систему, не потратив на это миллионы долларов. Отсутствие четких метрик затрудняет оценку реального прогресса и усложняет принятие инвестиционных решений.
Развитие искусственного интеллекта косвенно способствует росту интереса к квантовым технологиям. Инструменты вроде Cursor Pro за 20 долларов в месяц позволяют нетехническим специалистам легко создавать программное обеспечение, что снижает барьеры входа в IT. В результате глубокие технологии, такие как квантовые, становятся более привлекательными для инвесторов, ищущих проекты с высоким порогом входа. ИИ может «кодить по наитию», но не может «создать новый чип». Кроме того, по мере того как ИИ увеличивает стоимость классических вычислений, квантовые технологии могут стать необходимой альтернативой.
Квантовые технологии — это вычисления, которые получают основную долю внимания. Одной из первых областей с реальным применением станет квантовое зондирование (сенсоры), способное кардинально изменить навигацию и робототехнику. Другое критически важное направление — постквантовая безопасность, необходимая для защиты всего, от криптовалют до секретной разведывательной информации.
Среди компаний, за которыми стоит следить, Марченкова выделяет Q-CTRL, SandboxAQ, Infleqtion и Quantum Brilliance. Она считает, что следующему поколению выпускников потребуется более стратегическое и математическое мышление. Ключевым вопросом станет не «как кодировать» и «какие проблемы стоит решать» и на какой вычислительной платформе — классической или квантовой.
Изображение носит иллюстративный характер
После нескольких лет сокращения финансирования в сектор квантовых технологий вернулись крупные инвестиции. Только за первый квартал 2025 года компании привлекли 1,25 миллиарда долларов, что примерно вдвое превышает показатель за аналогичный период предыдущего года. По прогнозам McKinsey, к 2040 году общий объем квантового рынка может достичь 198 миллиардов долларов. Инвестиционная активность заметна по всему миру, включая такие города, как Тель-Авив и Токио. При этом инвесторы перестали поддаваться магии слова «квантовый» и теперь задают более глубокие технические вопросы перед вложением средств.
Марченкова разработала трехфакторный экспресс-тест для оценки квантовых стартапов. Первые два фактора стандартны: качество команды и масштаб потенциального рынка. Третий, самый важный, — это логика, стоящая за смелыми заявлениями. Она помогает инвесторам понять, является ли заявленная цель, например, создание компьютера с миллионом кубитов, решаемой инженерной задачей или фундаментальной научной проблемой.
Ее методология заключается в декомпозиции глобальной цели на составляющие. Марченкова разбивает сложную задачу на ряд более мелких вопросов: «Что должно произойти, чтобы это стало возможным? Это проблема физики? Или производства?». Такой подход позволяет отделить незначительные трудности, связанные с производством или цепочками поставок, от нерешенных физических проблем, которые могут стать непреодолимым препятствием. Ключевой вопрос, который она использует для выявления фундаментальных научных барьеров: «Нам нужна Нобелевская премия для решения этой задачи?».
Одной из главных проблем для ученых является неумение эффективно и своевременно донести свои сложные идеи до инвесторов. Для решения этой задачи Марченкова основала компанию One Quark Media, которая помогает основателям правильно представлять свою работу, чтобы технология «не умерла в лаборатории». Квантовые стартапы сталкиваются с трудностями в привлечении финансирования из-за чрезвычайно долгих сроков окупаемости, достигающих 20 лет, что не соответствует стандартным моделям венчурных фондов. Их рынки часто слишком нишевые, чтобы заинтересовать инвесторов общего профиля, если только они не нацелены на обслуживание таких гигантов, как Google, где даже 1% рынка может означать «компанию на миллиард долларов».
Наиболее острой проблемой, сдерживающей развитие отрасли, Марченкова считает пробелы в инфраструктуре и цепочках поставок. Отрасли критически не хватает мощностей для производства специализированных материалов в промышленных масштабах, строительства новых квантовых литейных производств, расширения кадрового резерва и совершенствования технологий охлаждения. Массовое производство криогенного оборудования и материалов со сверхпроводящими свойствами остается серьезным вызовом. По ее оценке, если стоимость таких компонентов, как криогеника и управляющая электроника, снизится в 10 раз, коммерческие приложения станут экономически жизнеспособными.
Еще одна серьезная проблема — бенчмаркинг, то есть отсутствие единого стандарта для сравнения производительности различных квантовых компьютеров и моделей. Марченкова проводит аналогию с искусственным интеллектом: «Какая модель лучше?». Основной вопрос заключается в том, как протестировать систему, не потратив на это миллионы долларов. Отсутствие четких метрик затрудняет оценку реального прогресса и усложняет принятие инвестиционных решений.
Развитие искусственного интеллекта косвенно способствует росту интереса к квантовым технологиям. Инструменты вроде Cursor Pro за 20 долларов в месяц позволяют нетехническим специалистам легко создавать программное обеспечение, что снижает барьеры входа в IT. В результате глубокие технологии, такие как квантовые, становятся более привлекательными для инвесторов, ищущих проекты с высоким порогом входа. ИИ может «кодить по наитию», но не может «создать новый чип». Кроме того, по мере того как ИИ увеличивает стоимость классических вычислений, квантовые технологии могут стать необходимой альтернативой.
Квантовые технологии — это вычисления, которые получают основную долю внимания. Одной из первых областей с реальным применением станет квантовое зондирование (сенсоры), способное кардинально изменить навигацию и робототехнику. Другое критически важное направление — постквантовая безопасность, необходимая для защиты всего, от криптовалют до секретной разведывательной информации.
Среди компаний, за которыми стоит следить, Марченкова выделяет Q-CTRL, SandboxAQ, Infleqtion и Quantum Brilliance. Она считает, что следующему поколению выпускников потребуется более стратегическое и математическое мышление. Ключевым вопросом станет не «как кодировать» и «какие проблемы стоит решать» и на какой вычислительной платформе — классической или квантовой.
