В 1920-х годах взволнованная толпа заполнила лондонскую улицу Стрэнд, нарушив движение транспорта. Люди ожидали обнародования научного открытия, которое, по слухам, должно было изменить мир: впервые под микроскопом был замечен «микроб» рака. По словам очевидца, толпа «была тихой и терпеливой, пульсирующей от глубокого волнения». Эпоха была «золотым веком бактериологии» — открытия возбудителей холеры, туберкулеза, столбняка и пневмонии стали почти рутинными. Однако уникальность этого события заключалась в том, что его авторы были аутсайдерами в медицинском сообществе.
Одним из исследователей был Джозеф Эдвин Барнард, уважаемый лондонский шляпник из семейной фирмы J. Barnard & Sons. Его истинной страстью была микробиология, которой он занимался в частной лаборатории. Барнард разработал новаторские методы микроскопии, используя ультрафиолетовый свет и фотографические пластины. Он создавал собственные линзы и оборудование, что позволило ему видеть микроорганизмы, недоступные для традиционной оптики. Его микроскоп первым использовал очень короткие длины волн, измеряемые в миллиардных долях метра, для достижения разрешения, необходимого для визуализации отдельных микробов.
Его партнером был Уильям Эварт Гай, бывший железнодорожный клерк. Рожденный в 1889 году под именем Уильям Эварт Баллок, он сменил фамилию на Гай в 1919 году по причинам, которые остаются «туманными». Существует несколько версий: он мог сделать это, чтобы избежать путаницы с Уильямом Баллоком, видным бактериологом из Лондонской больницы и почетным профессором Лондонского университета. Другая теория гласит, что он поддержал свою жену, суфражистку Эльзу Гай, которая вернула свою девичью фамилию. Третья предполагает, что его тестем был некий благодетель.
Сотрудничество этих двух ученых объединило мастерство Гая в экспериментальной биологии и теории микробов с исключительными навыками Барнарда в области микроскопии и визуализации. Их работа основывалась на достижениях предшественников. В 1870-х годах врач из Восточной Пруссии Роберт Кох разработал передовые методы окрашивания образцов для контрастности и микрофотографии, что привело к открытию возбудителя сибирской язвы. Французский химик Луи Пастер, в свою очередь, создал вакцины на основе открытий микробов.
В 1925 году результаты исследований Барнарда и Гая были опубликованы в медицинском журнале The Lancet. Редакция назвала их открытие «событием в истории медицины». Барнард представил фотографии «частицеподобных тел» — предполагаемого вируса. Он зафиксировал, что некоторые клетки «имели утолщенную стенку», в то время как другие были «тонкими и плохо видимыми», что, по его мнению, демонстрировало процесс репликации вируса.
На основе этих наблюдений Гай сформулировал двухфакторную теорию рака. Его гипотеза, опубликованная в 1925 году, утверждала, что рак вызывается взаимодействием двух отдельных факторов, а не только микроба или повреждения клетки. Первый фактор — это вирус. Гай писал: «Вирус сам по себе неэффективен». Второй фактор — это «специфический фактор», экстракт из опухолевой ткани, который «разрушает клеточную защиту и позволяет вирусу инфицировать». Сегодня это назвали бы канцерогеном или внешним раздражителем.
Свою теорию Гай подтвердил экспериментально. Он не смог вызвать опухоли у молодых цыплят, вводя им только вирус или только экстракт из опухоли. Однако, когда он прививал цыплятам оба фактора вместе, у них «надежно развивались раковые опухоли».
Это открытие породило немедленную надежду на скорое создание вакцины против рака. Хотя теория оказалась не совсем верной по современным стандартам, она имела огромное долгосрочное значение. Работа Гая и Барнарда сместила фокус исследований рака на молекулярный и вирусный уровень, заложив основу для научного прогресса на следующее столетие.
Современная наука рассматривает рак не как одно заболевание, а как сложную группу болезней с многогранными причинами: генетические мутации, факторы окружающей среды и некоторые вирусы. Сегодня известны вирусы, вызывающие рак, такие как ВПЧ (вирус папилломы человека) и вирус Эпштейна-Барр (ВЭБ).
Исследователи теперь используют мощные инструменты, такие как электронные микроскопы и сверхразрешающая визуализация, для изучения внутреннего устройства клеток и их молекулярных путей. Хотя единого «решения» не найдено, был достигнут огромный прогресс в профилактике, ранней диагностике и лечении рака, что привело к созданию протоколов, продлевающих жизнь.
Истинная важность работы Гая и Барнарда заключалась не только в конкретном открытии. Она продемонстрировала, чего может достичь наука, когда она «доступна для аутсайдеров и нонконформистов, обладающих страстью и решимостью изменить мир».
Изображение носит иллюстративный характер
Одним из исследователей был Джозеф Эдвин Барнард, уважаемый лондонский шляпник из семейной фирмы J. Barnard & Sons. Его истинной страстью была микробиология, которой он занимался в частной лаборатории. Барнард разработал новаторские методы микроскопии, используя ультрафиолетовый свет и фотографические пластины. Он создавал собственные линзы и оборудование, что позволило ему видеть микроорганизмы, недоступные для традиционной оптики. Его микроскоп первым использовал очень короткие длины волн, измеряемые в миллиардных долях метра, для достижения разрешения, необходимого для визуализации отдельных микробов.
Его партнером был Уильям Эварт Гай, бывший железнодорожный клерк. Рожденный в 1889 году под именем Уильям Эварт Баллок, он сменил фамилию на Гай в 1919 году по причинам, которые остаются «туманными». Существует несколько версий: он мог сделать это, чтобы избежать путаницы с Уильямом Баллоком, видным бактериологом из Лондонской больницы и почетным профессором Лондонского университета. Другая теория гласит, что он поддержал свою жену, суфражистку Эльзу Гай, которая вернула свою девичью фамилию. Третья предполагает, что его тестем был некий благодетель.
Сотрудничество этих двух ученых объединило мастерство Гая в экспериментальной биологии и теории микробов с исключительными навыками Барнарда в области микроскопии и визуализации. Их работа основывалась на достижениях предшественников. В 1870-х годах врач из Восточной Пруссии Роберт Кох разработал передовые методы окрашивания образцов для контрастности и микрофотографии, что привело к открытию возбудителя сибирской язвы. Французский химик Луи Пастер, в свою очередь, создал вакцины на основе открытий микробов.
В 1925 году результаты исследований Барнарда и Гая были опубликованы в медицинском журнале The Lancet. Редакция назвала их открытие «событием в истории медицины». Барнард представил фотографии «частицеподобных тел» — предполагаемого вируса. Он зафиксировал, что некоторые клетки «имели утолщенную стенку», в то время как другие были «тонкими и плохо видимыми», что, по его мнению, демонстрировало процесс репликации вируса.
На основе этих наблюдений Гай сформулировал двухфакторную теорию рака. Его гипотеза, опубликованная в 1925 году, утверждала, что рак вызывается взаимодействием двух отдельных факторов, а не только микроба или повреждения клетки. Первый фактор — это вирус. Гай писал: «Вирус сам по себе неэффективен». Второй фактор — это «специфический фактор», экстракт из опухолевой ткани, который «разрушает клеточную защиту и позволяет вирусу инфицировать». Сегодня это назвали бы канцерогеном или внешним раздражителем.
Свою теорию Гай подтвердил экспериментально. Он не смог вызвать опухоли у молодых цыплят, вводя им только вирус или только экстракт из опухоли. Однако, когда он прививал цыплятам оба фактора вместе, у них «надежно развивались раковые опухоли».
Это открытие породило немедленную надежду на скорое создание вакцины против рака. Хотя теория оказалась не совсем верной по современным стандартам, она имела огромное долгосрочное значение. Работа Гая и Барнарда сместила фокус исследований рака на молекулярный и вирусный уровень, заложив основу для научного прогресса на следующее столетие.
Современная наука рассматривает рак не как одно заболевание, а как сложную группу болезней с многогранными причинами: генетические мутации, факторы окружающей среды и некоторые вирусы. Сегодня известны вирусы, вызывающие рак, такие как ВПЧ (вирус папилломы человека) и вирус Эпштейна-Барр (ВЭБ).
Исследователи теперь используют мощные инструменты, такие как электронные микроскопы и сверхразрешающая визуализация, для изучения внутреннего устройства клеток и их молекулярных путей. Хотя единого «решения» не найдено, был достигнут огромный прогресс в профилактике, ранней диагностике и лечении рака, что привело к созданию протоколов, продлевающих жизнь.
Истинная важность работы Гая и Барнарда заключалась не только в конкретном открытии. Она продемонстрировала, чего может достичь наука, когда она «доступна для аутсайдеров и нонконформистов, обладающих страстью и решимостью изменить мир».
