Социолог Космин Попан (Cosmin Popan) рассматривает феномен Bicycling Into the Future («Езда на велосипеде в будущее»), отмечая, что с момента своего изобретения велосипед служил воплощением человеческих надежд на скорость, свободу, эффективность и выживание. При этом конкретный образ будущего, который представляет этот транспорт, радикально трансформировался: от раннего технологического оптимизма и промышленного новаторства до маргинализации автомобилем, превращения в инструмент контркультурного сопротивления и, наконец, до современной корпоративной утилитарности. Исторический отсчет этого символизма можно вести с 1869 года, когда вышел первый номер французского журнала Le Vélocipède Illustré, где была опубликована иллюстрация «Леди Прогресс» (Lady Progress), едущей на ранней модели велосипеда — так называемом «костотрясе».
В 1880-е годы был изобретен современный «безопасный велосипед», что привело к кардинальному расширению мобильности. Это техническое новшество позволило сформировать новые социальные практики и, в частности, дало молодым женщинам беспрецедентную возможность самостоятельно и независимо перемещаться по миру.
Ранняя велосипедная индустрия стала первопроходцем в промышленном производстве, внедрив такие методы, как сборочная линия, еще до появления автомобильной промышленности. Эта же отрасль положила начало современной журнальной и плакатной рекламе. Велосипедные клубы в Европе (Europe) и Северной Америке (North America) успешно проводили масштабные кампании за улучшение дорог, буквально прокладывая путь для будущих автомобилей. Позднее, в 1910-е годы, представители футуристического и кубистического направлений в искусстве сделали велосипед ключевым символом современного слияния человечества и машины.
В середине XX века автомобили быстро захватили статус главного символа стремительной современной жизни. Транспортные планы в США (US) и Европе были полностью сосредоточены на развитии автомобильной инфраструктуры, абсолютно игнорируя велосипеды. Во второй половине двадцатого века образ велосипеда в медиа был искусственно принижен: его стали изображать исключительно как игрушку для детей или инструмент для «странных, инфантильных взрослых».
В 1960-е годы контркультурная группировка — движение «Прово» (The Provo movement) — разработала «План белых велосипедов» (The White Bicycle Plan) в Амстердаме (Amsterdam). Инициатива предлагала полностью закрыть центр города для автомобилей, чтобы снизить уровень загрязнения и улучшить качество общественного пространства. Участники движения предоставляли бесплатные велосипеды для общественного пользования, напрямую предвосхитив современные программы велошеринга, которыми сегодня управляют корпорации. В те же 1960-е и 1970-е годы урбанист Джейн Джейкобс (Jane Jacobs) активно продвигала влиятельные идеи о необходимости строительства и развития местных городских сообществ.
В 1970-е годы философ Иван Иллич (Ivan Illich) официально назвал велосипед «конвивиальным инструментом» (convivial tool). Он утверждал, что велосипеды помогают людям избавиться от тяжелых требований, которые автомобильная культура предъявляет к энергии и времени, имея в виду колоссальные затраты труда, необходимые человеку для того, чтобы позволить себе покупку и содержание машины.
В 1990-е годы в Сан-Франциско (San Francisco) зародилось движение «Критическая масса» (Critical Mass), которое вскоре распространилось по всему миру. Его участники начали проводить ежемесячные «карнавальные» заезды, массово занимая городские улицы, чтобы активно и открыто оспаривать доминирование автомобилей в транспортной инфраструктуре.
Сегодня государственные учреждения преимущественно рассматривают велосипеды лишь как дополнение к автомобилям, используемое для того, чтобы сделать города более эффективными и выгодными для коммерческих интересов. В мегаполисах активно строятся «велосипедные супермагистрали», физически отделенные от автомобильного трафика, хотя на практике они остаются доступными в основном для более молодых и физически подготовленных людей, совершающих регулярные поездки.
В современной художественной литературе и медиа наиболее заметные образы велосипедного будущего носят ярко выраженный постапокалиптический характер. Главным примером такого видения является графический роман Bicyclopolis, созданный Кеном Авидором (Ken Avidor). Сюжет произведения вращается вокруг глобального краха индустриальной эпохи, работающей на ископаемом топливе, что вынуждает североамериканский город пойти по совершенно иному технологическому пути развития, радикально отличному от того, который был исторически выбран им в 1920-е годы.
Механизмы того, как определенные изобретения подавляют альтернативы, подробно исследуются в статье автора Ливии Гершон (Livia Gershon) под названием Who Killed the Recumbent Bicycle?, опубликованной 18 мая 2021 года. Основная идея этого материала заключается в анализе того, как доминирующая технология начинает восприниматься как единственный возможный вариант, полностью уничтожая осознанную потребность общества в более совершенных и лучше спроектированных конкурентах.
Изображение носит иллюстративный характер
В 1880-е годы был изобретен современный «безопасный велосипед», что привело к кардинальному расширению мобильности. Это техническое новшество позволило сформировать новые социальные практики и, в частности, дало молодым женщинам беспрецедентную возможность самостоятельно и независимо перемещаться по миру.
Ранняя велосипедная индустрия стала первопроходцем в промышленном производстве, внедрив такие методы, как сборочная линия, еще до появления автомобильной промышленности. Эта же отрасль положила начало современной журнальной и плакатной рекламе. Велосипедные клубы в Европе (Europe) и Северной Америке (North America) успешно проводили масштабные кампании за улучшение дорог, буквально прокладывая путь для будущих автомобилей. Позднее, в 1910-е годы, представители футуристического и кубистического направлений в искусстве сделали велосипед ключевым символом современного слияния человечества и машины.
В середине XX века автомобили быстро захватили статус главного символа стремительной современной жизни. Транспортные планы в США (US) и Европе были полностью сосредоточены на развитии автомобильной инфраструктуры, абсолютно игнорируя велосипеды. Во второй половине двадцатого века образ велосипеда в медиа был искусственно принижен: его стали изображать исключительно как игрушку для детей или инструмент для «странных, инфантильных взрослых».
В 1960-е годы контркультурная группировка — движение «Прово» (The Provo movement) — разработала «План белых велосипедов» (The White Bicycle Plan) в Амстердаме (Amsterdam). Инициатива предлагала полностью закрыть центр города для автомобилей, чтобы снизить уровень загрязнения и улучшить качество общественного пространства. Участники движения предоставляли бесплатные велосипеды для общественного пользования, напрямую предвосхитив современные программы велошеринга, которыми сегодня управляют корпорации. В те же 1960-е и 1970-е годы урбанист Джейн Джейкобс (Jane Jacobs) активно продвигала влиятельные идеи о необходимости строительства и развития местных городских сообществ.
В 1970-е годы философ Иван Иллич (Ivan Illich) официально назвал велосипед «конвивиальным инструментом» (convivial tool). Он утверждал, что велосипеды помогают людям избавиться от тяжелых требований, которые автомобильная культура предъявляет к энергии и времени, имея в виду колоссальные затраты труда, необходимые человеку для того, чтобы позволить себе покупку и содержание машины.
В 1990-е годы в Сан-Франциско (San Francisco) зародилось движение «Критическая масса» (Critical Mass), которое вскоре распространилось по всему миру. Его участники начали проводить ежемесячные «карнавальные» заезды, массово занимая городские улицы, чтобы активно и открыто оспаривать доминирование автомобилей в транспортной инфраструктуре.
Сегодня государственные учреждения преимущественно рассматривают велосипеды лишь как дополнение к автомобилям, используемое для того, чтобы сделать города более эффективными и выгодными для коммерческих интересов. В мегаполисах активно строятся «велосипедные супермагистрали», физически отделенные от автомобильного трафика, хотя на практике они остаются доступными в основном для более молодых и физически подготовленных людей, совершающих регулярные поездки.
В современной художественной литературе и медиа наиболее заметные образы велосипедного будущего носят ярко выраженный постапокалиптический характер. Главным примером такого видения является графический роман Bicyclopolis, созданный Кеном Авидором (Ken Avidor). Сюжет произведения вращается вокруг глобального краха индустриальной эпохи, работающей на ископаемом топливе, что вынуждает североамериканский город пойти по совершенно иному технологическому пути развития, радикально отличному от того, который был исторически выбран им в 1920-е годы.
Механизмы того, как определенные изобретения подавляют альтернативы, подробно исследуются в статье автора Ливии Гершон (Livia Gershon) под названием Who Killed the Recumbent Bicycle?, опубликованной 18 мая 2021 года. Основная идея этого материала заключается в анализе того, как доминирующая технология начинает восприниматься как единственный возможный вариант, полностью уничтожая осознанную потребность общества в более совершенных и лучше спроектированных конкурентах.
