Токсичные связки: как разрешения между приложениями превращаются в дыры в безопасности

31 января 2026 года стало известно об утечке данных из Moltbook — социальной сети, созданной специально для AI-агентов. Наружу вышла незашифрованная база данных: 35 000 адресов электронной почты, 1,5 миллиона API-токенов агентов, 770 000 активных агентов под угрозой компрометации. Но куда хуже другое: в приватных сообщениях хранились открытые учётные данные третьих сторон — в том числе ключи OpenAI API — в той же таблице, что и токены, которых достаточно для полного перехвата агентов. Один запрос к базе, и атакующий получает и агентов, и доступ к чужим системам.
Токсичные связки: как разрешения между приложениями превращаются в дыры в безопасности
Изображение носит иллюстративный характер

Этот случай хорошо иллюстрирует то, что специалисты по безопасности называют «токсичными связками» (toxic combinations). Речь идёт о ситуации, когда два или более приложения соединяются через посредника — AI-агента, OAuth-грант, MCP-сервер или интеграционный коннектор — и каждое из них по отдельности выглядит безопасным, а вот их комбинация создаёт зону риска, которую никто намеренно не санкционировал и никто не контролирует.
Механика проблемы довольно проста. Разработчик устанавливает MCP-коннектор, чтобы публиковать фрагменты кода из IDE прямо в Slack. Администратор Slack одобряет бота, администратор IDE одобряет исходящее соединение — и каждый видит только свою часть. Но связка работает в обе стороны: prompt-инъекции из IDE могут утечь в Slack, а вредоносные инструкции из Slack — попасть обратно в контекст среды разработки. Похожая схема возникает, когда AI-агент соединяет Google Drive и Salesforce или бот связывает репозиторий с командным каналом. Комбинации разные, логика одна.
По данным отчёта State of SaaS Security 2025, опубликованного Cloud Security Alliance (CSA), 56% организаций уже обеспокоены избыточным доступом API в своих SaaS-to-SaaS интеграциях. И это только те, кто вообще осознаёт проблему.
Традиционные проверки доступа построены вокруг одного приложения за раз. Это имело смысл, когда SaaS-продуктов было мало и они почти не взаимодействовали между собой. Сегодня среда принципиально другая: нечеловеческих идентичностей — сервисных аккаунтов, ботов, AI-агентов — стало больше, чем людей. Они не устают, не уходят в отпуск, и за ними никто не смотрит. Доверительные отношения между системами возникают не при первоначальной настройке, а в рантайме — и никакой централизованный каталог управления идентичностями об этом не знает.
OAuth и MCP-мосты соединяют приложения без ведома систем идентификации и governance-каталогов. Когда токен, выданный однажды, начинает со временем использоваться за пределами изначально согласованных scope'ов, это никого не оповещает автоматически. Именно в этом зазоре и живут токсичные связки.
Закрыть этот зазор процедурными мерами можно, но только если пересмотреть саму логику проверок. Вместо аудита внутри каждого приложения нужен аудит между приложениями. Каждый AI-агент, бот, MCP-сервер и OAuth-интеграция должны иметь владельца и дату пересмотра — как обычные пользователи. Появление нового «write»-права у идентичности, у которой уже есть «read» в другом приложении, должно флагироваться до одобрения, а не после. Каждый связывающий коннектор при создании должен проходить проверку с явным указанием обеих сторон моста. Токены, вышедшие за пределы исходных scope'ов, подлежат отзыву, не продлению. Аномалии в межприложеном доступе — когда идентичность вдруг начинает работать с новыми комбинациями приложений — это ранние признаки формирующейся токсичной связки.
Но вручную это не масштабируется. Дюжина интеграций ещё поддаётся ручной проверке, несколько сотен — уже нет. Здесь нужны платформы, которые непрерывно наблюдают за рантаймовым графом связей. Системы класса IGA (Identity Governance and Administration) инвентаризируют роли в онбордированных системах — но они смотрят на момент подключения, а не на то, что происходит после. Динамические платформы SaaS-безопасности работают иначе: они следят за тем, какие идентичности к каким приложениям обращались, какие scope'ы реально использовались и какие трасты возникли уже после первоначальной настройки.
Одним из примеров таких платформ является Reco. Она оценивает комбинацию Slack, Drive и Salesforce не как три отдельных разрешения, а как единую поверхность риска. Инструмент обнаруживает несанкционированных AI-агентов и OAuth-идентичности, в том числе теневые, которые никто официально не регистрировал. Knowledge Graph платформы отображает связи между человеческими и нечеловеческими идентичностями и приложениями, которых они касаются: в частности, он способен обнаружить токсичную связку между Slack и Cursor (популярной IDE), а также показать, какие агенты подключены к GitHub. Выявленный аномальный доступ блокируется до того, как успевает быть использован.
Следующие крупные инциденты, скорее всего, не будут связаны с эксплуатацией новых zero-day уязвимостей. Они будут выглядеть как штатная работа авторизованных агентов — всё легитимно, всё по протоколу, вплоть до момента, когда данные окажутся там, где им быть не следует. Видеть всю цепочку целиком, а не отдельные её звенья — это и есть то, чего сейчас не хватает большинству команд безопасности.


Новое на сайте

20072Эффект красоты решает исход собеседования до первых слов 20069Как черта характера крадёт деньги на переговорах 20068Карточная игра против главной дисфункции команды 20067Какие три нарратива способны провести компанию сквозь любой кризис? 20066Фотосинтез в глазах мышей: возможно ли это без превращения в растение? 20065СПКЯ стало СПМЯ: почему переименование болезни, затрагивающей миллионы женщин, заняло так... 20064Почему великая пирамида Гизы пережила все землетрясения за 4500 лет 20063Генетика Homo erectus: что зубная эмаль рассказала о наших предках 20062Кости в бухте Эребус: что кости моряков Франклина рассказывают спустя полтора века 20061Крупнейший плавучий ветрогенератор в мире: Китай испытывает установку у берегов Шанхая 20060Карие глаза младенца стали индиго после лечения от COVID-19 20058Почему серебряная чаша с Афиной пролежала в немецком лесу две тысячи лет? 20057Дыра в атмосфере солнца: вспышка достигла пика и может зажечь полярное сияние 20056Динго возрастом 950 лет: кто и зачем кормил могилу животного сотни лет?
Ссылка