Организация Объединённых Наций предупредила: продолжение военного конфликта в Иране способно спровоцировать глобальный продовольственный кризис беспрецедентного масштаба. По прогнозам ООН, число голодающих на планете может достичь 363 миллионов человек. Это рекордная цифра, которую ещё ни разу не фиксировали в истории подобных оценок.
Речь идёт не о локальной гуманитарной катастрофе. Последствия затронут весь мир, но распределятся они крайне неравномерно. Самый тяжёлый удар, по данным ООН, придётся на Азию. Именно на этом континенте ожидается наибольший рост числа людей, страдающих от нехватки продовольствия. Причины такой уязвимости связаны с зависимостью азиатских стран от импорта продуктов и энергоносителей, а также с плотностью населения в регионе.
Иран занимает стратегическое положение на маршрутах мировой торговли. Любой крупный конфликт на его территории неизбежно нарушает логистические цепочки, которые связывают экспортёров зерна, удобрений и нефти с рынками потребления. Когда транспортные коридоры блокируются или становятся небезопасными, цены на базовые продукты питания идут вверх. Причём растут они не в иранских супермаркетах, а в магазинах Бангладеш, Пакистана, Индонезии.
ООН прямо указывает на то, что продолжение войны толкнёт в зону продовольственной нестабильности «миллионы дополнительных людей». Эта формулировка означает: те 363 миллиона — не статичная цифра. Она будет расти, пока конфликт не прекратится. Каждая неделя боевых действий добавляет к этому числу новые сотни тысяч.
Стоит учесть, что мировая продовольственная система и без иранского конфликта находится в напряжённом состоянии. Последствия пандемии, климатические аномалии, война на Украине — всё это уже подняло цены на продовольствие и сократило доступность базовых продуктов для беднейших стран. Иранский кризис ложится поверх этих проблем, усиливая каждую из них.
Для азиатских государств с низким и средним доходом ситуация выглядит особенно тревожно. Они не могут позволить себе закупать зерно или рис по взлетевшим ценам, а собственное производство часто не покрывает внутренний спрос. Если импорт дорожает, правительства этих стран оказываются перед выбором: субсидировать еду за счёт других расходов или допустить массовый голод.
Цифра 363 миллиона — это примерно население всей Западной Европы. Попробуйте представить, что каждый житель Германии, Франции, Испании, Италии, Нидерландов и Бельгии одновременно не знает, будет ли у него завтра еда. Масштаб того, о чём предупреждает ООН, с трудом укладывается в голове, но именно поэтому его так легко проигнорировать.
Войны редко остаются проблемой одной страны. Конфликт в Иране — если он продолжится — может запустить цепную реакцию, которая через рост цен на топливо, удобрения и транспортировку доберётся до обеденных столов на другом конце планеты. ООН фактически говорит: голод 363 миллионов человек — это не гипотетический сценарий, а прогноз, основанный на текущей динамике. И пока звучат выстрелы, этот прогноз будет только ухудшаться.
Изображение носит иллюстративный характер
Речь идёт не о локальной гуманитарной катастрофе. Последствия затронут весь мир, но распределятся они крайне неравномерно. Самый тяжёлый удар, по данным ООН, придётся на Азию. Именно на этом континенте ожидается наибольший рост числа людей, страдающих от нехватки продовольствия. Причины такой уязвимости связаны с зависимостью азиатских стран от импорта продуктов и энергоносителей, а также с плотностью населения в регионе.
Иран занимает стратегическое положение на маршрутах мировой торговли. Любой крупный конфликт на его территории неизбежно нарушает логистические цепочки, которые связывают экспортёров зерна, удобрений и нефти с рынками потребления. Когда транспортные коридоры блокируются или становятся небезопасными, цены на базовые продукты питания идут вверх. Причём растут они не в иранских супермаркетах, а в магазинах Бангладеш, Пакистана, Индонезии.
ООН прямо указывает на то, что продолжение войны толкнёт в зону продовольственной нестабильности «миллионы дополнительных людей». Эта формулировка означает: те 363 миллиона — не статичная цифра. Она будет расти, пока конфликт не прекратится. Каждая неделя боевых действий добавляет к этому числу новые сотни тысяч.
Стоит учесть, что мировая продовольственная система и без иранского конфликта находится в напряжённом состоянии. Последствия пандемии, климатические аномалии, война на Украине — всё это уже подняло цены на продовольствие и сократило доступность базовых продуктов для беднейших стран. Иранский кризис ложится поверх этих проблем, усиливая каждую из них.
Для азиатских государств с низким и средним доходом ситуация выглядит особенно тревожно. Они не могут позволить себе закупать зерно или рис по взлетевшим ценам, а собственное производство часто не покрывает внутренний спрос. Если импорт дорожает, правительства этих стран оказываются перед выбором: субсидировать еду за счёт других расходов или допустить массовый голод.
Цифра 363 миллиона — это примерно население всей Западной Европы. Попробуйте представить, что каждый житель Германии, Франции, Испании, Италии, Нидерландов и Бельгии одновременно не знает, будет ли у него завтра еда. Масштаб того, о чём предупреждает ООН, с трудом укладывается в голове, но именно поэтому его так легко проигнорировать.
Войны редко остаются проблемой одной страны. Конфликт в Иране — если он продолжится — может запустить цепную реакцию, которая через рост цен на топливо, удобрения и транспортировку доберётся до обеденных столов на другом конце планеты. ООН фактически говорит: голод 363 миллионов человек — это не гипотетический сценарий, а прогноз, основанный на текущей динамике. И пока звучат выстрелы, этот прогноз будет только ухудшаться.
