Научное исследование, опубликованное в 2025 году в журнале PLoS ONE (том 20, выпуск 8) под названием «Танцевальное поведение у какаду: значение для когнитивных процессов и благополучия», выявило, что эти птицы обладают сложными и креативными танцевальными способностями. Ведущий исследователь Наташа Любке из Университета Чарльза Стерта в Австралии и ее команда задокументировали репертуар из 30 различных танцевальных движений у какаду, содержащихся в неволе.
Анализ 45 видеороликов из социальных сетей показал, что птицы не просто повторяют заученные па, а способны комбинировать движения, создавая уникальные хореографические последовательности. Примечательно, что 17 из 30 зафиксированных движений ранее не были описаны в научной литературе. В арсенал какаду входят такие элементы, как тряска головой в стиле «хедбэнгинг», шаги в сторону, постукивание лапами, вращение туловищем, наклоны вниз, подъем лап, распушение перьев и повороты на месте.
Чтобы проверить зависимость танца от музыки, в зоопарке Вагга-Вагга был проведен контролируемый эксперимент с участием шести какаду. Птицам создавали различные звуковые фоны: музыкальные треки, подкасты и полную тишину. Результаты показали, что какаду танцевали независимо от слуховых стимулов. Это привело исследователей к гипотезе, что мотивация к взаимодействию с птицей противоположного пола, находившейся рядом, могла быть более сильным стимулом для танца, чем сама музыка.
Одна из ключевых гипотез связывает танцевальное поведение с врожденными ритуалами ухаживания. Многие из задокументированных движений поразительно похожи на брачные демонстрации диких попугаев. Ученые установили, что танцевальное поведение наблюдается как минимум у 10 из 21 известного вида какаду. Вероятно, в условиях неволи птицы перенаправляют это инстинктивное поведение на своих хозяев-людей.
Альтернативная теория предполагает, что танец является формой игровой активности. Поведение инициируется птицами добровольно и, судя по всему, приносит им внутреннее вознаграждение, что полностью соответствует научному определению игры. Это указывает на сложную эмоциональную жизнь и потребность в самовыражении.
Исследование также выявило видовую специфику танцев. Было обнаружено, что «топ-10» самых распространенных движений уникальны для каждого отдельного вида какаду, что говорит о глубоко укоренившихся поведенческих паттернах, а не о случайном подражании.
Эти открытия имеют прямое практическое значение для благополучия птиц в неволе. Танцевальное поведение может служить надежным индикатором положительных эмоций у попугаев. Таким образом, наблюдение за танцами помогает оценить психологическое состояние птицы.
Предоставление музыки для содержащихся в неволе попугаев может стать полезной формой обогащения окружающей среды, положительно влияющей на их состояние. Однако необходимы дальнейшие исследования, чтобы точно определить, может ли музыка служить непосредственным триггером для танца.
Танец представляет собой превосходную модель для дальнейшего изучения эмоций и когнитивных способностей попугаев. Работа, проведенная при участии соавтора профессора Рафаэля Фрейре, а также с опорой на труды таких ученых, как С. Д. Хелд и М. Массаро, открывает новые горизонты в понимании интеллекта животных.
Изображение носит иллюстративный характер
Анализ 45 видеороликов из социальных сетей показал, что птицы не просто повторяют заученные па, а способны комбинировать движения, создавая уникальные хореографические последовательности. Примечательно, что 17 из 30 зафиксированных движений ранее не были описаны в научной литературе. В арсенал какаду входят такие элементы, как тряска головой в стиле «хедбэнгинг», шаги в сторону, постукивание лапами, вращение туловищем, наклоны вниз, подъем лап, распушение перьев и повороты на месте.
Чтобы проверить зависимость танца от музыки, в зоопарке Вагга-Вагга был проведен контролируемый эксперимент с участием шести какаду. Птицам создавали различные звуковые фоны: музыкальные треки, подкасты и полную тишину. Результаты показали, что какаду танцевали независимо от слуховых стимулов. Это привело исследователей к гипотезе, что мотивация к взаимодействию с птицей противоположного пола, находившейся рядом, могла быть более сильным стимулом для танца, чем сама музыка.
Одна из ключевых гипотез связывает танцевальное поведение с врожденными ритуалами ухаживания. Многие из задокументированных движений поразительно похожи на брачные демонстрации диких попугаев. Ученые установили, что танцевальное поведение наблюдается как минимум у 10 из 21 известного вида какаду. Вероятно, в условиях неволи птицы перенаправляют это инстинктивное поведение на своих хозяев-людей.
Альтернативная теория предполагает, что танец является формой игровой активности. Поведение инициируется птицами добровольно и, судя по всему, приносит им внутреннее вознаграждение, что полностью соответствует научному определению игры. Это указывает на сложную эмоциональную жизнь и потребность в самовыражении.
Исследование также выявило видовую специфику танцев. Было обнаружено, что «топ-10» самых распространенных движений уникальны для каждого отдельного вида какаду, что говорит о глубоко укоренившихся поведенческих паттернах, а не о случайном подражании.
Эти открытия имеют прямое практическое значение для благополучия птиц в неволе. Танцевальное поведение может служить надежным индикатором положительных эмоций у попугаев. Таким образом, наблюдение за танцами помогает оценить психологическое состояние птицы.
Предоставление музыки для содержащихся в неволе попугаев может стать полезной формой обогащения окружающей среды, положительно влияющей на их состояние. Однако необходимы дальнейшие исследования, чтобы точно определить, может ли музыка служить непосредственным триггером для танца.
Танец представляет собой превосходную модель для дальнейшего изучения эмоций и когнитивных способностей попугаев. Работа, проведенная при участии соавтора профессора Рафаэля Фрейре, а также с опорой на труды таких ученых, как С. Д. Хелд и М. Массаро, открывает новые горизонты в понимании интеллекта животных.
