В то время как Джон Нельсон произносил тост с бокалом шампанского, внутри него жило желание направить машину в дерево. Тяжелая депрессия, от которой он страдал, ощущалась как «яд в каждой клетке тела» и «массивное одеяло ада», никогда не покидающее его.
Древние греки называли подобное состояние «меланхолией» – от слова «черная желчь», считая её болезненной жидкостью в организме. Сегодня медицина продвинулась далеко вперед от кровопускания и пиявок, но некоторые пациенты по-прежнему не поддаются стандартному лечению.
История Аманды, художницы с яркой квартирой, полной радужных картин, началась в 13 лет. За десять лет она перепробовала 21 антидепрессант, магнитную стимуляцию мозга, инфузии кетамина и 40 сеансов электросудорожной терапии. ЭСТ помогала, но из-за повреждения памяти пришлось прекратить лечение. После шестинедельной госпитализации врачи признались, что исчерпали все возможности.
В 2003 году невролог Хелен Мейберг начала исследовать новый метод – глубинную стимуляцию мозга (DBS). Первой пациенткой стала медсестра психиатрического отделения. Во время операции, когда включили третий электрод, она внезапно произнесла: «Интересно... пустота исчезла».
К 2008 году начались масштабные клинические испытания с 90 участниками. Однако исследование пришлось остановить – через шесть месяцев значительного улучшения не наблюдалось. Параллельное исследование с 30 пациентами также не принесло желаемых результатов.
В 2022 году Аманда и Джон стали участниками нового исследования DBS. Перед операцией Аманда получила 44-страничный список рисков и составила 8 страниц вопросов – от практических «можно ли прыгать на батуте?» до философских «что заставляет человека хотеть жить?». Джон отнесся к восьмичасовой операции спокойно, переживая только о необходимости побрить голову.
Барбара, жена Джона, боялась хирургических осложнений и задавалась вопросом: «Что если это сработает? Что если нет?». Глубинная стимуляция мозга, уже одобренная для лечения тремора и болезни Паркинсона, продолжает изучаться как потенциальное решение для пациентов с резистентной депрессией, которым больше не на что надеяться.
Изображение носит иллюстративный характер
Древние греки называли подобное состояние «меланхолией» – от слова «черная желчь», считая её болезненной жидкостью в организме. Сегодня медицина продвинулась далеко вперед от кровопускания и пиявок, но некоторые пациенты по-прежнему не поддаются стандартному лечению.
История Аманды, художницы с яркой квартирой, полной радужных картин, началась в 13 лет. За десять лет она перепробовала 21 антидепрессант, магнитную стимуляцию мозга, инфузии кетамина и 40 сеансов электросудорожной терапии. ЭСТ помогала, но из-за повреждения памяти пришлось прекратить лечение. После шестинедельной госпитализации врачи признались, что исчерпали все возможности.
В 2003 году невролог Хелен Мейберг начала исследовать новый метод – глубинную стимуляцию мозга (DBS). Первой пациенткой стала медсестра психиатрического отделения. Во время операции, когда включили третий электрод, она внезапно произнесла: «Интересно... пустота исчезла».
К 2008 году начались масштабные клинические испытания с 90 участниками. Однако исследование пришлось остановить – через шесть месяцев значительного улучшения не наблюдалось. Параллельное исследование с 30 пациентами также не принесло желаемых результатов.
В 2022 году Аманда и Джон стали участниками нового исследования DBS. Перед операцией Аманда получила 44-страничный список рисков и составила 8 страниц вопросов – от практических «можно ли прыгать на батуте?» до философских «что заставляет человека хотеть жить?». Джон отнесся к восьмичасовой операции спокойно, переживая только о необходимости побрить голову.
Барбара, жена Джона, боялась хирургических осложнений и задавалась вопросом: «Что если это сработает? Что если нет?». Глубинная стимуляция мозга, уже одобренная для лечения тремора и болезни Паркинсона, продолжает изучаться как потенциальное решение для пациентов с резистентной депрессией, которым больше не на что надеяться.
