26-летняя Джейн Гудолл прибыла на берег озера Танганьика в заповедник Гомбе Стрим 14 июля 1960 года без научных степеней, лишь с детской мечтой жить среди животных. Колониальные власти сочли миссию молодой англичанки в одиночку «почти аморальной», вынудив взять в спутницы мать, Ванни Гудолл. Первые месяцы они жили в армейской палатке, обе переболели малярией, а шимпанзе бежали при малейшем шуме.
Ее путь сюда начался в 1957 году в Найроби, где самоучка, работавшая официанткой и ассистентом на съемках, встретила палеоантрополога Луи Лики. Он нанял ее секретарем, пораженный упорством и знанием африканской фауны. Лики искал человека без академических догм для изучения шимпанзе как ключа к поведению предков людей. «Он считал, что мои наблюдения будут свободны от предубеждений», — позже отмечала Гудолл.
Освоив тропы и получив разрешение властей работать одной, она выработала уникальный метод. «Никогда не пыталась подойти слишком близко. Сначала... Постепенно они приняли, что я безвредна», — говорила исследовательница. Сидя часами в укрытии, она видела неожиданное: шимпанзе охотились сообща на мелких млекопитающих, опровергая миф об их вегетарианстве. Она давала им имена, видя яркие личности, а не номера.
Осенью 1960 года шимпанзе по кличке Дэвид Седобородый перевернул науку. Гудолл наблюдала, как он очищал ветку от листьев, создавая орудие для добычи термитов. Позже она фиксировала, как обезьяны сдирали кору с прутьев для ловли муравьев, делали губки из листьев для воды, швыряли камни и орудовали ветками. «Они используют больше разных предметов как орудия, чем любое существо, кроме нас», — констатировала она. Открытие, бывшее исключительной чертой человека, привело к обнаружению орудий у осьминогов и новокаледонских ворон.
Она зафиксировала проявления глубокой привязанности: шимпанзе держались за руки, обнимались и целовались после разлук, как люди. Это сходство заставило ее усомниться в западных практиках воспитания детей – оставлении плакать, манежах, смене нянь, проводя параллель с травмированными шимпанзе, испытывавшими проблемы во взрослой жизни. Позже, через 10 лет, она же открыла и их темную сторону: каннибализм и межгрупповые конфликты, напоминавшие «примитивную форму человеческой войны».
В 1962 году Лики убедил Кембридж принять ее в докторантуру без бакалавриата. Национальное географическое общество направило в Гомбе фотографа Хьюго ван Лавика. Их документальный фильм «Мисс Гудолл и дикие шимпанзе» с озвучкой Орсона Уэллса вышел в 1965 году. Ван Лавик стал ее первым мужем. Получив докторскую степень в 1966 году, она родила сына Хьюго в 1967 году, прозванного «Грабом». Чтобы продолжать работу, она построила для него клетчатую веранду, постоянно охраняя от шимпанзе, известных охотой на человеческих детей.
Ее исследования доказали: люди не отделены от животного мира. Шимпанзе разделяют около 98,6% нашей ДНК. Общее поведение – использование орудий, проявление ласки – указывает на их наличие у нашего общего предка. Гудолл представляла людей каменного века с такими же дружескими связями и жестами, как у шимпанзе Гомбе.
Изображение носит иллюстративный характер
Ее путь сюда начался в 1957 году в Найроби, где самоучка, работавшая официанткой и ассистентом на съемках, встретила палеоантрополога Луи Лики. Он нанял ее секретарем, пораженный упорством и знанием африканской фауны. Лики искал человека без академических догм для изучения шимпанзе как ключа к поведению предков людей. «Он считал, что мои наблюдения будут свободны от предубеждений», — позже отмечала Гудолл.
Освоив тропы и получив разрешение властей работать одной, она выработала уникальный метод. «Никогда не пыталась подойти слишком близко. Сначала... Постепенно они приняли, что я безвредна», — говорила исследовательница. Сидя часами в укрытии, она видела неожиданное: шимпанзе охотились сообща на мелких млекопитающих, опровергая миф об их вегетарианстве. Она давала им имена, видя яркие личности, а не номера.
Осенью 1960 года шимпанзе по кличке Дэвид Седобородый перевернул науку. Гудолл наблюдала, как он очищал ветку от листьев, создавая орудие для добычи термитов. Позже она фиксировала, как обезьяны сдирали кору с прутьев для ловли муравьев, делали губки из листьев для воды, швыряли камни и орудовали ветками. «Они используют больше разных предметов как орудия, чем любое существо, кроме нас», — констатировала она. Открытие, бывшее исключительной чертой человека, привело к обнаружению орудий у осьминогов и новокаледонских ворон.
Она зафиксировала проявления глубокой привязанности: шимпанзе держались за руки, обнимались и целовались после разлук, как люди. Это сходство заставило ее усомниться в западных практиках воспитания детей – оставлении плакать, манежах, смене нянь, проводя параллель с травмированными шимпанзе, испытывавшими проблемы во взрослой жизни. Позже, через 10 лет, она же открыла и их темную сторону: каннибализм и межгрупповые конфликты, напоминавшие «примитивную форму человеческой войны».
В 1962 году Лики убедил Кембридж принять ее в докторантуру без бакалавриата. Национальное географическое общество направило в Гомбе фотографа Хьюго ван Лавика. Их документальный фильм «Мисс Гудолл и дикие шимпанзе» с озвучкой Орсона Уэллса вышел в 1965 году. Ван Лавик стал ее первым мужем. Получив докторскую степень в 1966 году, она родила сына Хьюго в 1967 году, прозванного «Грабом». Чтобы продолжать работу, она построила для него клетчатую веранду, постоянно охраняя от шимпанзе, известных охотой на человеческих детей.
Ее исследования доказали: люди не отделены от животного мира. Шимпанзе разделяют около 98,6% нашей ДНК. Общее поведение – использование орудий, проявление ласки – указывает на их наличие у нашего общего предка. Гудолл представляла людей каменного века с такими же дружескими связями и жестами, как у шимпанзе Гомбе.
