Учёные, занимавшиеся картированием клеточной структуры репродуктивных тканей, наткнулись на нечто, чего никто не ожидал. При составлении нового атласа клеток плацентарной и маточной ткани обнаружился совершенно неизвестный тип клеток. Причём клетки эти присутствуют исключительно во время беременности — ни до, ни после них в организме не находят.
«Никто не знает, что это такое», — признаются сами исследователи. Формулировка откровенная и, прямо скажем, непривычная для научного сообщества, где принято хотя бы выдвигать рабочие гипотезы. Здесь же учёные столкнулись с тем, что ни функция, ни точная природа этих клеток пока не поддаются объяснению.
Открытие произошло в рамках масштабной работы по созданию клеточного атласа. Исследователи анализировали два типа тканей: плацентарные и маточные. Обе ткани давно и подробно изучаются, однако новый уровень детализации позволил увидеть то, что раньше ускользало от внимания. Собственно, сам факт, что в хорошо исследованных структурах прячется целый неизвестный клеточный тип, говорит о том, насколько ещё далеки наши представления о биологии беременности от полноты.
Плацента — орган во всех смыслах уникальный. Она формируется временно, существует несколько месяцев, а потом организм от неё избавляется. При этом плацента обеспечивает обмен веществ между матерью и плодом, защищает от иммунного конфликта и выполняет десятки других задач. Матка тоже претерпевает колоссальные изменения за время вынашивания. Поэтому появление в этих тканях ранее неизвестных клеток может оказаться ключом к пониманию какого-то механизма, о котором медицина пока просто не подозревает.
Что особенно интригует: клетки присутствуют только в период беременности. Они не обнаруживаются у небеременных женщин. Это значит, что организм каким-то образом запускает их производство (или трансформацию из других клеточных линий) именно в ответ на беременность. А после родов они исчезают. Временные клетки для временного состояния — звучит логично, но это всё равно не объясняет, зачем они нужны.
Отсутствие конкретных имён исследователей и названий институтов в первичных сообщениях об этой работе немного затрудняет оценку масштаба проекта. Тем не менее сама методология — создание детализированного клеточного атласа — предполагает использование современных технологий секвенирования одиночных клеток. Именно эти технологии в последние годы перевернули представления о клеточном разнообразии в самых разных органах, от мозга до кишечника.
Остаётся вопрос: если эти клетки существовали всегда (а беременность, очевидно, не изменилась за последние тысячелетия), почему их не замечали раньше? Ответ, скорее всего, технический. Традиционные методы исследования тканей работают с усреднёнными данными. Грубо говоря, если неизвестные клетки составляют малую долю от общего числа, они растворяются в общей массе. Только поштучный анализ каждой клетки даёт возможность выделить редкие популяции.
Пока что открытие ставит больше вопросов, чем даёт ответов. Могут ли эти клетки быть связаны с осложнениями беременности? Влияют ли они на развитие плода? Что происходит, если их слишком мало или слишком много? Ни на один из этих вопросов ответа ещё нет. Но само обнаружение неизвестного клеточного типа в органах, которые изучаются уже больше ста лет, напоминает: человеческое тело по-прежнему хранит секреты, до которых наука только начинает добираться.
Изображение носит иллюстративный характер
«Никто не знает, что это такое», — признаются сами исследователи. Формулировка откровенная и, прямо скажем, непривычная для научного сообщества, где принято хотя бы выдвигать рабочие гипотезы. Здесь же учёные столкнулись с тем, что ни функция, ни точная природа этих клеток пока не поддаются объяснению.
Открытие произошло в рамках масштабной работы по созданию клеточного атласа. Исследователи анализировали два типа тканей: плацентарные и маточные. Обе ткани давно и подробно изучаются, однако новый уровень детализации позволил увидеть то, что раньше ускользало от внимания. Собственно, сам факт, что в хорошо исследованных структурах прячется целый неизвестный клеточный тип, говорит о том, насколько ещё далеки наши представления о биологии беременности от полноты.
Плацента — орган во всех смыслах уникальный. Она формируется временно, существует несколько месяцев, а потом организм от неё избавляется. При этом плацента обеспечивает обмен веществ между матерью и плодом, защищает от иммунного конфликта и выполняет десятки других задач. Матка тоже претерпевает колоссальные изменения за время вынашивания. Поэтому появление в этих тканях ранее неизвестных клеток может оказаться ключом к пониманию какого-то механизма, о котором медицина пока просто не подозревает.
Что особенно интригует: клетки присутствуют только в период беременности. Они не обнаруживаются у небеременных женщин. Это значит, что организм каким-то образом запускает их производство (или трансформацию из других клеточных линий) именно в ответ на беременность. А после родов они исчезают. Временные клетки для временного состояния — звучит логично, но это всё равно не объясняет, зачем они нужны.
Отсутствие конкретных имён исследователей и названий институтов в первичных сообщениях об этой работе немного затрудняет оценку масштаба проекта. Тем не менее сама методология — создание детализированного клеточного атласа — предполагает использование современных технологий секвенирования одиночных клеток. Именно эти технологии в последние годы перевернули представления о клеточном разнообразии в самых разных органах, от мозга до кишечника.
Остаётся вопрос: если эти клетки существовали всегда (а беременность, очевидно, не изменилась за последние тысячелетия), почему их не замечали раньше? Ответ, скорее всего, технический. Традиционные методы исследования тканей работают с усреднёнными данными. Грубо говоря, если неизвестные клетки составляют малую долю от общего числа, они растворяются в общей массе. Только поштучный анализ каждой клетки даёт возможность выделить редкие популяции.
Пока что открытие ставит больше вопросов, чем даёт ответов. Могут ли эти клетки быть связаны с осложнениями беременности? Влияют ли они на развитие плода? Что происходит, если их слишком мало или слишком много? Ни на один из этих вопросов ответа ещё нет. Но само обнаружение неизвестного клеточного типа в органах, которые изучаются уже больше ста лет, напоминает: человеческое тело по-прежнему хранит секреты, до которых наука только начинает добираться.
