Будущий создатель одного из величайших фестивалей планеты, Майкл Ивис, унаследовал ферму Worthy Farm в Пилтоне (Сомерсет) в 19 лет после смерти отца. Вместе с землей пришел солидный банковский овердрафт. «Фермерство — сплошной убыток», — сетовал он. Летом 1970 года Ивис и его жена Джин посетили Bath Festival of Blues and Progressive Music. Атмосфера «цветочной власти», антивоенные лозунги и музыка поразили его. «Боже мой, я должен сделать это», — решил он.
Ивис, выросший в семье методистского проповедника и учительницы, с детства бредил поп-музыкой. В девять лет он тайком слушал Radio Luxembourg в школе-интернате. Даже коровам на ферме включал пластинки, уверяя, что от The Beatles удои росли. Однажды смена доярки, выключившая радио, стоила ему 10 галлонов молока. Теперь же музыка должна была спасти хозяйство.
Первый фестиваль, названный Pilton Pop, Folk and Blues Festival, планировался как лекарство от долгов. Ивис бросил все силы: потратил сотни фунтов на расчистку живых изгородей, создав естественный амфитеатр в «мистической» Долине Авалона. Хедлайнером договорились с The Kinks за £500. Но после статьи, назвавшей событие «мини-фестивалем», агент группы заявил: «Моя группа номер один в мире», — и отменил выступление. Уже напечатанные афиши с The Kinks и Уэйном Фонтаной (хит 1965 года «A Groovy Kind of Love») стали бесполезны.
Спасение пришло неожиданно. Агент предложил Марка Болана с Tyrannosaurus Rex (позже T. Rex), которые проезжали мимо в Батлинз, Майнхед. Ивис счел Болана «более модным» и согласился, назвав это «фантастической удачей». Местная полиция яростно отговаривала фермера, но, видя его упорство, сменила гнев на милость. Шумиха в прессе привлекла группы вроде Quintessence и других «хипповых коллективов», желавших выступить бесплатно.
Фестиваль стартовал 18 сентября 1970 года — на следующий день после смерти Джими Хендрикса в Лондоне. Из 1500 гостей многие были «со слезами на глазах». Билет стоил £1 (сегодня ~ £13.67). Гостям раздавали бесплатное фермерское молоко, а кухня Ивиса стала артистической гримеркой. Атмосфера царила «эйфорическая», побег от «ужасающей реальности». Некоторые пришли пешком из Лондона, думая, что вход свободен. На месте им собрали £30 у ворот. «Более бескорыстных людей не найти», — заметил Ивис.
Финансово первый фестиваль провалился. Вместо покрытия овердрафа Ивис получил убыток. Болану он платил £100 ежемесячно пять месяцев — из выручки за молоко. Прибыль появилась лишь через 11 лет, в 1981-м. «Я был наивен, не понимал, что не все доходы — чистая прибыль», — признался он. Но душевной компенсацией стали восторги гостей из США, Германии и оценка: музыкальный уровень «не уступал другим фестивалям». Сам Ивис был измотан: «Это было очень, очень нервно и утомительно. Я был рад вернуться к коровам».
В 1979 году событие официально переименовали в Гластонбери. Сегодня это «бурлящая культурная махина» и «один из знаменитейших фестивалей мира». Билеты раскупаются за минуты, собирая «тысячи гостей со всей планеты» и «грандов музыки»: от Radiohead, Стиви Уандера и The Rolling Stones до хедлайнеров 2024 года — Нила Янга, Оливии Родриго и The 1975. Фестиваль хранит идеалы контркультуры 1960-х, а сбор средств для благотворительности — его ключевая миссия. Для музыкантов и фанатов Гластонбери стал «обрядом посвящения», культурным феноменом глобального масштаба.
Изображение носит иллюстративный характер
Ивис, выросший в семье методистского проповедника и учительницы, с детства бредил поп-музыкой. В девять лет он тайком слушал Radio Luxembourg в школе-интернате. Даже коровам на ферме включал пластинки, уверяя, что от The Beatles удои росли. Однажды смена доярки, выключившая радио, стоила ему 10 галлонов молока. Теперь же музыка должна была спасти хозяйство.
Первый фестиваль, названный Pilton Pop, Folk and Blues Festival, планировался как лекарство от долгов. Ивис бросил все силы: потратил сотни фунтов на расчистку живых изгородей, создав естественный амфитеатр в «мистической» Долине Авалона. Хедлайнером договорились с The Kinks за £500. Но после статьи, назвавшей событие «мини-фестивалем», агент группы заявил: «Моя группа номер один в мире», — и отменил выступление. Уже напечатанные афиши с The Kinks и Уэйном Фонтаной (хит 1965 года «A Groovy Kind of Love») стали бесполезны.
Спасение пришло неожиданно. Агент предложил Марка Болана с Tyrannosaurus Rex (позже T. Rex), которые проезжали мимо в Батлинз, Майнхед. Ивис счел Болана «более модным» и согласился, назвав это «фантастической удачей». Местная полиция яростно отговаривала фермера, но, видя его упорство, сменила гнев на милость. Шумиха в прессе привлекла группы вроде Quintessence и других «хипповых коллективов», желавших выступить бесплатно.
Фестиваль стартовал 18 сентября 1970 года — на следующий день после смерти Джими Хендрикса в Лондоне. Из 1500 гостей многие были «со слезами на глазах». Билет стоил £1 (сегодня ~ £13.67). Гостям раздавали бесплатное фермерское молоко, а кухня Ивиса стала артистической гримеркой. Атмосфера царила «эйфорическая», побег от «ужасающей реальности». Некоторые пришли пешком из Лондона, думая, что вход свободен. На месте им собрали £30 у ворот. «Более бескорыстных людей не найти», — заметил Ивис.
Финансово первый фестиваль провалился. Вместо покрытия овердрафа Ивис получил убыток. Болану он платил £100 ежемесячно пять месяцев — из выручки за молоко. Прибыль появилась лишь через 11 лет, в 1981-м. «Я был наивен, не понимал, что не все доходы — чистая прибыль», — признался он. Но душевной компенсацией стали восторги гостей из США, Германии и оценка: музыкальный уровень «не уступал другим фестивалям». Сам Ивис был измотан: «Это было очень, очень нервно и утомительно. Я был рад вернуться к коровам».
В 1979 году событие официально переименовали в Гластонбери. Сегодня это «бурлящая культурная махина» и «один из знаменитейших фестивалей мира». Билеты раскупаются за минуты, собирая «тысячи гостей со всей планеты» и «грандов музыки»: от Radiohead, Стиви Уандера и The Rolling Stones до хедлайнеров 2024 года — Нила Янга, Оливии Родриго и The 1975. Фестиваль хранит идеалы контркультуры 1960-х, а сбор средств для благотворительности — его ключевая миссия. Для музыкантов и фанатов Гластонбери стал «обрядом посвящения», культурным феноменом глобального масштаба.
