Новое исследование, опубликованное в журнале Communications Earth & Environment, выявило неожиданный феномен на дне Балтийского моря. Команда ученых под руководством Андрея Веденина из Научно-исследовательского института Зенкенберга в Германии обнаружила, что затопленные боеприпасы времен Первой и Второй мировых войн превратились в процветающие искусственные рифы. Исследование проводилось в заливе Любек у северного побережья Германии, известном месте захоронения боеприпасов.
Используя дистанционно управляемый подводный аппарат с двумя камерами, исследователи проанализировали морскую жизнь на затопленном оружии и прилегающем к нему морском дне. Результаты оказались поразительными. На боеприпасах была зафиксирована средняя плотность в 43 000 организмов на квадратный метр, в то время как на окружающем мягком грунте этот показатель составлял всего 8 200 организмов на квадратный метр. Плотность жизни на искусственных объектах оказалась более чем в пять раз выше.
Среди обитателей этих необычных рифов были идентифицированы различные виды эпифауны — организмов, живущих на поверхности. На металлических корпусах мин, торпедных головок, бомб и даже деревянных ящиков от снарядов процветают водоросли, мидии, морские звезды и анемоны. Эти существа предпочитают твердый субстрат мягкому илистому дну, поскольку он предоставляет им стабильную поверхность для прикрепления и роста.
Особой популярностью у морских обитателей пользуется ракета Фау-1 (V-1), известная также как Vergeltungswaffe или «оружие возмездия». Этот ранний прототип крылатой ракеты, использовавшийся нацистской Германией, стал одним из самых густонаселенных объектов на дне залива. Стабильность и сложность его конструкции создают идеальные условия для колонизации.
Несмотря на очевидную химическую угрозу, исходящую от разлагающихся взрывчатых веществ, таких как тротил, польза от наличия твердой поверхности перевешивает риски. Исследование показало, что организмы демонстрируют инстинктивное поведение для минимизации вреда: они предпочитают селиться на твердых металлических корпусах боеприпасов, избегая прямого контакта с обнаженной взрывчаткой.
Исторический контекст этого явления уходит корнями в период после 8 мая 1945 года, когда Германия подписала безоговорочную капитуляцию. На Потсдамской конференции было принято решение о демилитаризации страны, что привело к необходимости утилизации огромного количества оставшихся боеприпасов. Самым простым решением в то время был сброс оружия в море.
Масштабы этой практики огромны. По оценкам экспертов, только в территориальных водах Германии находится около 1,6 миллиона тонн боеприпасов. Для сравнения, эта масса эквивалентна четырем полностью загруженным небоскребам Эмпайр-стейт-билдинг. До 1972 года подобные действия практически не регулировались на международном уровне.
Ситуация изменилась с принятием Лондонской конвенции по предотвращению загрязнения моря сбросами отходов и других материалов в 1972 году, разработанной под эгидой Организации Объединенных Наций. Этот документ положил конец легальной практике захоронения опасных материалов в океане, но не решил проблему уже затопленного арсенала.
Феномен превращения военных отходов в среду обитания не является уникальным для Балтийского моря. В заливе Мэллоуз, штат Мэриленд, США, после Первой мировой войны было затоплено около 200 кораблей. Сегодня это место, известное как «Флот-призрак», признано важной средой обитания для дикой природы и охраняется как национальный морской заповедник.
Андрей Веденин отмечает, что, хотя обломки и служат субстратом для жизни, это не является оптимальным решением. Для дикой природы было бы гораздо полезнее, если бы на месте токсичных боеприпасов появились твердые, но нетоксичные поверхности, такие как природные камни. Это позволило бы создать безопасные и устойчивые рифы без постоянной угрозы химического загрязнения.
Изображение носит иллюстративный характер
Используя дистанционно управляемый подводный аппарат с двумя камерами, исследователи проанализировали морскую жизнь на затопленном оружии и прилегающем к нему морском дне. Результаты оказались поразительными. На боеприпасах была зафиксирована средняя плотность в 43 000 организмов на квадратный метр, в то время как на окружающем мягком грунте этот показатель составлял всего 8 200 организмов на квадратный метр. Плотность жизни на искусственных объектах оказалась более чем в пять раз выше.
Среди обитателей этих необычных рифов были идентифицированы различные виды эпифауны — организмов, живущих на поверхности. На металлических корпусах мин, торпедных головок, бомб и даже деревянных ящиков от снарядов процветают водоросли, мидии, морские звезды и анемоны. Эти существа предпочитают твердый субстрат мягкому илистому дну, поскольку он предоставляет им стабильную поверхность для прикрепления и роста.
Особой популярностью у морских обитателей пользуется ракета Фау-1 (V-1), известная также как Vergeltungswaffe или «оружие возмездия». Этот ранний прототип крылатой ракеты, использовавшийся нацистской Германией, стал одним из самых густонаселенных объектов на дне залива. Стабильность и сложность его конструкции создают идеальные условия для колонизации.
Несмотря на очевидную химическую угрозу, исходящую от разлагающихся взрывчатых веществ, таких как тротил, польза от наличия твердой поверхности перевешивает риски. Исследование показало, что организмы демонстрируют инстинктивное поведение для минимизации вреда: они предпочитают селиться на твердых металлических корпусах боеприпасов, избегая прямого контакта с обнаженной взрывчаткой.
Исторический контекст этого явления уходит корнями в период после 8 мая 1945 года, когда Германия подписала безоговорочную капитуляцию. На Потсдамской конференции было принято решение о демилитаризации страны, что привело к необходимости утилизации огромного количества оставшихся боеприпасов. Самым простым решением в то время был сброс оружия в море.
Масштабы этой практики огромны. По оценкам экспертов, только в территориальных водах Германии находится около 1,6 миллиона тонн боеприпасов. Для сравнения, эта масса эквивалентна четырем полностью загруженным небоскребам Эмпайр-стейт-билдинг. До 1972 года подобные действия практически не регулировались на международном уровне.
Ситуация изменилась с принятием Лондонской конвенции по предотвращению загрязнения моря сбросами отходов и других материалов в 1972 году, разработанной под эгидой Организации Объединенных Наций. Этот документ положил конец легальной практике захоронения опасных материалов в океане, но не решил проблему уже затопленного арсенала.
Феномен превращения военных отходов в среду обитания не является уникальным для Балтийского моря. В заливе Мэллоуз, штат Мэриленд, США, после Первой мировой войны было затоплено около 200 кораблей. Сегодня это место, известное как «Флот-призрак», признано важной средой обитания для дикой природы и охраняется как национальный морской заповедник.
Андрей Веденин отмечает, что, хотя обломки и служат субстратом для жизни, это не является оптимальным решением. Для дикой природы было бы гораздо полезнее, если бы на месте токсичных боеприпасов появились твердые, но нетоксичные поверхности, такие как природные камни. Это позволило бы создать безопасные и устойчивые рифы без постоянной угрозы химического загрязнения.
