Зависимость от опиоидов давно стала одной из самых серьёзных медицинских проблем. Сотни тысяч людей по всему миру начинали с обычного обезболивания после операции или травмы, а заканчивали многолетней борьбой с наркотической зависимостью. Именно поэтому учёные уже несколько десятилетий ищут вещество, которое снимало бы боль не хуже морфина, но не разрушало бы жизни пациентов.
Недавние исследования дали обнадёживающий результат. Группа учёных разработала новый синтетический опиоид, который в ходе экспериментов на грызунах продемонстрировал выраженное обезболивающее действие при существенно меньшем риске формирования зависимости по сравнению с морфином.
Эксперименты проводились на крысах. Животные получали препарат, после чего исследователи оценивали как его обезболивающий эффект, так и склонность вызывать зависимость. Морфин при этом служил стандартным препаратом сравнения: именно с ним соизмеряли и силу анальгезии, и аддиктивный потенциал нового вещества.
По части снятия боли новый синтетический опиоид справился с задачей. Это принципиально важно, потому что многие попытки создать «безопасный» аналог морфина приводили к компромиссу: препарат либо переставал нормально обезболивать, либо всё равно вызывал зависимость. Здесь, судя по данным из экспериментов на грызунах, такого жёсткого выбора удалось избежать.
Разница в аддиктивном потенциале между новым соединением и морфином оказалась заметной. Крысы, получавшие морфин, проявляли типичные признаки зависимости и компульсивного поиска вещества. С новым синтетическим опиоидом этот эффект был значительно слабее. Механизм такого различия пока не раскрывается в деталях, но сам факт разницы поведенческих реакций животных говорит о том, что вещество действует на мозговые пути вознаграждения иначе, чем классические опиоиды.
Стоит трезво оценить масштаб этих результатов. Исследование проведено на животных, и это принципиальное ограничение. Крысы биохимически схожи с людьми по многим параметрам, но не по всем. История фармакологии знает немало случаев, когда препараты, блестяще показавшие себя на грызунах, при клинических испытаниях на людях либо теряли эффективность, либо проявляли неожиданные побочные эффекты.
Тем не менее само направление поиска выглядит оправданным. Опиоидный кризис в США унёс за последние двадцать лет жизни более полумиллиона человек. Значительная часть этих смертей связана с передозировкой препаратами, которые изначально были назначены как легальные болеутоляющие: оксикодон, гидрокодон, фентанил. Каждый раз, когда врач выписывает морфин или схожее вещество, он взвешивает боль пациента сегодня против риска зависимости завтра.
Синтетические опиоиды с изменёнными молекулярными свойствами изучаются давно. Идея состоит в том, чтобы сохранить связывание с мю-опиоидными рецепторами, ответственными за обезболивание, но снизить активацию тех сигнальных путей, которые приводят к эйфории и физической зависимости. Это направление называют «смещённым агонизмом» (biased agonism), и новый препарат, по всей видимости, относится именно к нему.
Химическое название нового вещества в открытых материалах не фигурирует. Исследователи и организация, проводившие эту работу, также не называются в доступных данных. Это необычно для научной публикации и может означать, что речь идёт о предварительных результатах, ещё не прошедших полноценное рецензирование, либо что детальная информация намеренно придерживается до подачи патентной заявки.
Путь от успешного эксперимента на крысах до одобренного лекарства для людей занимает в среднем от десяти до пятнадцати лет и стоит сотни миллионов долларов. На каждом этапе часть кандидатов отсеивается. Но если новый синтетический опиоид подтвердит свои свойства в последующих испытаниях, включая эксперименты на приматах и клинические фазы с участием людей, это может изменить подход к лечению хронической и острой боли.
Пока же это обнадёживающий сигнал из лаборатории. Крысы не испытывают такого же уровня зависимости от нового соединения, как от морфина, при сопоставимом обезболивании. Для фармакологии боли это не мало.
Изображение носит иллюстративный характер
Недавние исследования дали обнадёживающий результат. Группа учёных разработала новый синтетический опиоид, который в ходе экспериментов на грызунах продемонстрировал выраженное обезболивающее действие при существенно меньшем риске формирования зависимости по сравнению с морфином.
Эксперименты проводились на крысах. Животные получали препарат, после чего исследователи оценивали как его обезболивающий эффект, так и склонность вызывать зависимость. Морфин при этом служил стандартным препаратом сравнения: именно с ним соизмеряли и силу анальгезии, и аддиктивный потенциал нового вещества.
По части снятия боли новый синтетический опиоид справился с задачей. Это принципиально важно, потому что многие попытки создать «безопасный» аналог морфина приводили к компромиссу: препарат либо переставал нормально обезболивать, либо всё равно вызывал зависимость. Здесь, судя по данным из экспериментов на грызунах, такого жёсткого выбора удалось избежать.
Разница в аддиктивном потенциале между новым соединением и морфином оказалась заметной. Крысы, получавшие морфин, проявляли типичные признаки зависимости и компульсивного поиска вещества. С новым синтетическим опиоидом этот эффект был значительно слабее. Механизм такого различия пока не раскрывается в деталях, но сам факт разницы поведенческих реакций животных говорит о том, что вещество действует на мозговые пути вознаграждения иначе, чем классические опиоиды.
Стоит трезво оценить масштаб этих результатов. Исследование проведено на животных, и это принципиальное ограничение. Крысы биохимически схожи с людьми по многим параметрам, но не по всем. История фармакологии знает немало случаев, когда препараты, блестяще показавшие себя на грызунах, при клинических испытаниях на людях либо теряли эффективность, либо проявляли неожиданные побочные эффекты.
Тем не менее само направление поиска выглядит оправданным. Опиоидный кризис в США унёс за последние двадцать лет жизни более полумиллиона человек. Значительная часть этих смертей связана с передозировкой препаратами, которые изначально были назначены как легальные болеутоляющие: оксикодон, гидрокодон, фентанил. Каждый раз, когда врач выписывает морфин или схожее вещество, он взвешивает боль пациента сегодня против риска зависимости завтра.
Синтетические опиоиды с изменёнными молекулярными свойствами изучаются давно. Идея состоит в том, чтобы сохранить связывание с мю-опиоидными рецепторами, ответственными за обезболивание, но снизить активацию тех сигнальных путей, которые приводят к эйфории и физической зависимости. Это направление называют «смещённым агонизмом» (biased agonism), и новый препарат, по всей видимости, относится именно к нему.
Химическое название нового вещества в открытых материалах не фигурирует. Исследователи и организация, проводившие эту работу, также не называются в доступных данных. Это необычно для научной публикации и может означать, что речь идёт о предварительных результатах, ещё не прошедших полноценное рецензирование, либо что детальная информация намеренно придерживается до подачи патентной заявки.
Путь от успешного эксперимента на крысах до одобренного лекарства для людей занимает в среднем от десяти до пятнадцати лет и стоит сотни миллионов долларов. На каждом этапе часть кандидатов отсеивается. Но если новый синтетический опиоид подтвердит свои свойства в последующих испытаниях, включая эксперименты на приматах и клинические фазы с участием людей, это может изменить подход к лечению хронической и острой боли.
Пока же это обнадёживающий сигнал из лаборатории. Крысы не испытывают такого же уровня зависимости от нового соединения, как от морфина, при сопоставимом обезболивании. Для фармакологии боли это не мало.
