Представьте, что вы просыпаетесь в больнице после операции и не узнаете собственных родителей. Именно это произошло с Вероникой Сомервилль из Престонпанса близ Эдинбурга, когда ей было всего 14 лет. После удаления опухоли мозга девушка столкнулась с редкой формой ретроградной амнезии, которая стерла все воспоминания о детстве.
«Врачи проверяли, узнаю ли я их — я помню множество лиц, которых никогда раньше не видела», — вспоминает Вероника. «Казалось, что я еду домой с незнакомцами, которые утверждают, что они мои мама и папа... Я помню, как смотрела на свою одежду и думала: кто бы это носил?»
Потеря памяти кардинально изменила личность Вероники. Она стала более изолированной, превратилась в «собственную личность». Несмотря на попытки родителей помочь ей восстановить связь с прошлым, показывая фотоальбомы с важными моментами детства, девушка не испытывала эмоциональной привязанности к этим воспоминаниям. В школе ей пришлось заново осваивать базовые знания по математике и английскому языку, а старых друзей она не узнавала, что привело к формированию новых социальных связей.
Более десяти лет опухоль находилась под наблюдением врачей, пока в марте прошлого года не начала медленно расти. К этому времени Веронике исполнилось 25 лет, и она готовилась к свадьбе со своим женихом Кэмероном. Перед лицом неизбежной второй операции ее охватил ужас: что если она снова потеряет память, но на этот раз забудет своего будущего мужа?
«Что если он мне больше не понравится?» — этот вопрос не давал покоя Веронике, указывая на возможное изменение ее личности и чувств из-за потери памяти. Кэмерон, осознавая риски, создал фотоальбомы, документирующие их отношения, писал письма и заметки, чтобы защитить их общие воспоминания.
«Она значит для меня всё — абсолютно всё. Если бы она потеряла память, мне пришлось бы заставить ее влюбиться в меня заново и двигаться дальше», — признался Кэмерон. Вероника тоже готовилась к худшему: записала банковские данные и пароли, составила завещание и написала письмо Кэмерону на случай самого неблагоприятного исхода.
Вторая операция была направлена на удаление опухоли в правой лобной доле мозга — области, отвечающей за абстрактное мышление, творчество и концентрацию. Хирургическая задача была предельно сложной: отделить ткань опухоли от нормальной ткани мозга, не повредив участки, необходимые для когнитивных функций.
В операции участвовали два нейрохирурга. Мистер Лиакат подчеркивал: «Сохранение когнитивных функций очень важно — это суть того, кто мы есть как личность... Для опухолей, подобных той, что у Вероники, необходимо удалить как минимум 80-90% опухоли, чтобы улучшить выживаемость». Консультант-нейрохирург Драхослав Сокол, который проводил первую операцию Вероники в подростковом возрасте, признал эмоциональную сложность повторной операции, но подчеркнул необходимость удаления опухоли для предотвращения будущих проблем.
После второй операции Вероника описала пробуждение как ощущение, будто она «просто вздремнула». Несмотря на то, что ее семья была в крайнем беспокойстве, Вероника была в сознании, могла общаться и даже узнала человека по имени Имран, заметив: «Я все еще помню тебя».
Результат операции превзошел ожидания — опухоль была удалена полностью, и Вероника успешно восстанавливается. В декабре она вышла замуж за Кэмерона. «Я не думаю, что смогу выразить достаточную благодарность этим двум хирургам. Это второй раз, когда они спасли мою жизнь. Когда видишь, что они делают, понимаешь, что они как боги — они удивительны», — говорит Вероника.
История Вероники Сомервилль наглядно демонстрирует не только физическое, но и эмоциональное влияние нейрохирургии на жизнь человека, борьбу за сохранение собственной идентичности и близких отношений после тяжелой потери памяти, а также на какие жертвы готовы пойти пациенты и их близкие, чтобы сохранить воспоминания и личные связи перед лицом медицинской неопределенности.
Изображение носит иллюстративный характер
«Врачи проверяли, узнаю ли я их — я помню множество лиц, которых никогда раньше не видела», — вспоминает Вероника. «Казалось, что я еду домой с незнакомцами, которые утверждают, что они мои мама и папа... Я помню, как смотрела на свою одежду и думала: кто бы это носил?»
Потеря памяти кардинально изменила личность Вероники. Она стала более изолированной, превратилась в «собственную личность». Несмотря на попытки родителей помочь ей восстановить связь с прошлым, показывая фотоальбомы с важными моментами детства, девушка не испытывала эмоциональной привязанности к этим воспоминаниям. В школе ей пришлось заново осваивать базовые знания по математике и английскому языку, а старых друзей она не узнавала, что привело к формированию новых социальных связей.
Более десяти лет опухоль находилась под наблюдением врачей, пока в марте прошлого года не начала медленно расти. К этому времени Веронике исполнилось 25 лет, и она готовилась к свадьбе со своим женихом Кэмероном. Перед лицом неизбежной второй операции ее охватил ужас: что если она снова потеряет память, но на этот раз забудет своего будущего мужа?
«Что если он мне больше не понравится?» — этот вопрос не давал покоя Веронике, указывая на возможное изменение ее личности и чувств из-за потери памяти. Кэмерон, осознавая риски, создал фотоальбомы, документирующие их отношения, писал письма и заметки, чтобы защитить их общие воспоминания.
«Она значит для меня всё — абсолютно всё. Если бы она потеряла память, мне пришлось бы заставить ее влюбиться в меня заново и двигаться дальше», — признался Кэмерон. Вероника тоже готовилась к худшему: записала банковские данные и пароли, составила завещание и написала письмо Кэмерону на случай самого неблагоприятного исхода.
Вторая операция была направлена на удаление опухоли в правой лобной доле мозга — области, отвечающей за абстрактное мышление, творчество и концентрацию. Хирургическая задача была предельно сложной: отделить ткань опухоли от нормальной ткани мозга, не повредив участки, необходимые для когнитивных функций.
В операции участвовали два нейрохирурга. Мистер Лиакат подчеркивал: «Сохранение когнитивных функций очень важно — это суть того, кто мы есть как личность... Для опухолей, подобных той, что у Вероники, необходимо удалить как минимум 80-90% опухоли, чтобы улучшить выживаемость». Консультант-нейрохирург Драхослав Сокол, который проводил первую операцию Вероники в подростковом возрасте, признал эмоциональную сложность повторной операции, но подчеркнул необходимость удаления опухоли для предотвращения будущих проблем.
После второй операции Вероника описала пробуждение как ощущение, будто она «просто вздремнула». Несмотря на то, что ее семья была в крайнем беспокойстве, Вероника была в сознании, могла общаться и даже узнала человека по имени Имран, заметив: «Я все еще помню тебя».
Результат операции превзошел ожидания — опухоль была удалена полностью, и Вероника успешно восстанавливается. В декабре она вышла замуж за Кэмерона. «Я не думаю, что смогу выразить достаточную благодарность этим двум хирургам. Это второй раз, когда они спасли мою жизнь. Когда видишь, что они делают, понимаешь, что они как боги — они удивительны», — говорит Вероника.
История Вероники Сомервилль наглядно демонстрирует не только физическое, но и эмоциональное влияние нейрохирургии на жизнь человека, борьбу за сохранение собственной идентичности и близких отношений после тяжелой потери памяти, а также на какие жертвы готовы пойти пациенты и их близкие, чтобы сохранить воспоминания и личные связи перед лицом медицинской неопределенности.
