Министр внутренней безопасности США Кристи Ноэм в мае 2024 года заявила о возможном пересмотре печально известных ограничений на провоз жидкостей в ручной клади. «Жидкости... я подвергаю сомнению эти правила. Возможно, это будет следующим крупным объявлением», – сказала Ноэм. Это следует за ее же анонсом в начале мая о том, что пассажиры вскоре смогут, вероятно, не снимать обувь на контроле TSA. Эти шаги сигнализируют о потенциально «совершенно ином опыте прохождения безопасности».
До террористических атак 11 сентября 2001 года безопасность в аэропортах США была иной. Авиакомпании, часто нанимавшие частные фирмы, сами отвечали за досмотр. Проверки были куда менее строгими: удостоверение личности не всегда требовалось на контроле, а люди без билетов могли свободно проходить к выходам на посадку. «Это было неэффективно», – констатирует Генри Хартевельдт, аналитик авиационной отрасли из Atmosphere Research Group.
После 9/11 были созданы Департамент внутренней безопасности (DHS) и Администрация транспортной безопасности (TSA). Ограничения на жидкости появились в 2006 году, после раскрытия заговора с использованием жидких взрывчатых веществ в ручной клади. Первой реакцией стал полный запрет на провоз жидкостей в салоне, длившийся около шести недель. Это вызвало огромную нагрузку на системы обработки багажа, так как пассажиры сдавали туалетные принадлежности.
В сентябре 2006 года запрет был заменен правилом "3-1-1": жидкости в емкостях объемом не более 3,4 унции (100 мл), помещенные в один прозрачный пластиковый пакет объемом в кварту (примерно 1 литр). Это правило, основанное на выводах ФБР и лабораторных испытаний о том, что такое количество не может разрушить самолет, породило спрос на дорожные размеры и «одобренные TSA" косметички. Позже в 2006 году его переняли аэропорты по всему миру.
Внедрение в 2006 году было хаотичным. «Правила менялись буквально за ночь», – вспоминает Кит Джеффрис, бывший директор TSA в аэропорту Лос-Анджелеса (LAX), а ныне вице-президент K2 Security Screening Group. Знаки печатались второпях, баки для конфискованных вещей – зубной пасты, шампуня, обуви с гелевыми стельками – переполнялись каждые 30 минут. «Люди шли в носках по стерильной зоне после изъятия такой обуви», – приводит пример Джеффрис.
Потенциальное ослабление правил, по мнению Хартевельдта, принесет пользу: упростит досмотр, сократит время ожидания и снизит стресс пассажиров. Он также указывает, что длинные очереди перед пунктом досмотра сами по себе являются уязвимостью. Изменение политики в отношении обуви он считает «большим шагом вперед» в эффективности процесса, даже если экономия времени на одного человека невелика. Смягчение правил для жидкостей может усилить этот эффект.
Однако детали грядущих изменений остаются неизвестными. «Мы не знаем, что именно министр объявит о жидкостях», – подчеркивает Хартевельдт. Неясно, увеличат ли допустимый размер емкостей, разрешат ли несколько пакетов или отменят пакет вообще. «Дьявол кроется в деталях... План внедрения будет абсолютно критичен», – предупреждает эксперт, опасаясь путаницы, если правила будут различаться в аэропортах.
Безопасность – главный вопрос для экипажей и пассажиров. Хартевельдт уверен, что TSA не пошла бы на изменения, не будучи убежденной в их полной безопасности. Но профессор авиации Университета Метрополитен-Стейт в Денвере Джеффри Прайс указывает на технологические ограничения: текущие рентгеновские аппараты в большинстве аэропортов плохо различают типы жидкостей (безопасные и взрывчатые). Новые КТ-сканеры эффективнее, но их установка во всех аэропортах США может занять «еще десятилетие или больше». Политика в отношении жидкостей требует «гораздо более тщательного изучения», чем политика в отношении обуви.
Возникает вопрос о будущем программы TSA PreCheck. Она предлагает ускоренный досмотр (специальная очередь, обувь не снимать, ноутбук в сумке) в обмен на предварительную проверку (отпечатки пальцев и др.). Если оставлять обувь и провозить больше жидкостей станет стандартом для всех, снизится ли мотивация к участию в PreCheck? «Это вопрос на миллион долларов», – говорит Джеффрис. TSA потребуется отслеживать число участников в ближайшие "12-18 месяцев».
Изображение носит иллюстративный характер
До террористических атак 11 сентября 2001 года безопасность в аэропортах США была иной. Авиакомпании, часто нанимавшие частные фирмы, сами отвечали за досмотр. Проверки были куда менее строгими: удостоверение личности не всегда требовалось на контроле, а люди без билетов могли свободно проходить к выходам на посадку. «Это было неэффективно», – констатирует Генри Хартевельдт, аналитик авиационной отрасли из Atmosphere Research Group.
После 9/11 были созданы Департамент внутренней безопасности (DHS) и Администрация транспортной безопасности (TSA). Ограничения на жидкости появились в 2006 году, после раскрытия заговора с использованием жидких взрывчатых веществ в ручной клади. Первой реакцией стал полный запрет на провоз жидкостей в салоне, длившийся около шести недель. Это вызвало огромную нагрузку на системы обработки багажа, так как пассажиры сдавали туалетные принадлежности.
В сентябре 2006 года запрет был заменен правилом "3-1-1": жидкости в емкостях объемом не более 3,4 унции (100 мл), помещенные в один прозрачный пластиковый пакет объемом в кварту (примерно 1 литр). Это правило, основанное на выводах ФБР и лабораторных испытаний о том, что такое количество не может разрушить самолет, породило спрос на дорожные размеры и «одобренные TSA" косметички. Позже в 2006 году его переняли аэропорты по всему миру.
Внедрение в 2006 году было хаотичным. «Правила менялись буквально за ночь», – вспоминает Кит Джеффрис, бывший директор TSA в аэропорту Лос-Анджелеса (LAX), а ныне вице-президент K2 Security Screening Group. Знаки печатались второпях, баки для конфискованных вещей – зубной пасты, шампуня, обуви с гелевыми стельками – переполнялись каждые 30 минут. «Люди шли в носках по стерильной зоне после изъятия такой обуви», – приводит пример Джеффрис.
Потенциальное ослабление правил, по мнению Хартевельдта, принесет пользу: упростит досмотр, сократит время ожидания и снизит стресс пассажиров. Он также указывает, что длинные очереди перед пунктом досмотра сами по себе являются уязвимостью. Изменение политики в отношении обуви он считает «большим шагом вперед» в эффективности процесса, даже если экономия времени на одного человека невелика. Смягчение правил для жидкостей может усилить этот эффект.
Однако детали грядущих изменений остаются неизвестными. «Мы не знаем, что именно министр объявит о жидкостях», – подчеркивает Хартевельдт. Неясно, увеличат ли допустимый размер емкостей, разрешат ли несколько пакетов или отменят пакет вообще. «Дьявол кроется в деталях... План внедрения будет абсолютно критичен», – предупреждает эксперт, опасаясь путаницы, если правила будут различаться в аэропортах.
Безопасность – главный вопрос для экипажей и пассажиров. Хартевельдт уверен, что TSA не пошла бы на изменения, не будучи убежденной в их полной безопасности. Но профессор авиации Университета Метрополитен-Стейт в Денвере Джеффри Прайс указывает на технологические ограничения: текущие рентгеновские аппараты в большинстве аэропортов плохо различают типы жидкостей (безопасные и взрывчатые). Новые КТ-сканеры эффективнее, но их установка во всех аэропортах США может занять «еще десятилетие или больше». Политика в отношении жидкостей требует «гораздо более тщательного изучения», чем политика в отношении обуви.
Возникает вопрос о будущем программы TSA PreCheck. Она предлагает ускоренный досмотр (специальная очередь, обувь не снимать, ноутбук в сумке) в обмен на предварительную проверку (отпечатки пальцев и др.). Если оставлять обувь и провозить больше жидкостей станет стандартом для всех, снизится ли мотивация к участию в PreCheck? «Это вопрос на миллион долларов», – говорит Джеффрис. TSA потребуется отслеживать число участников в ближайшие "12-18 месяцев».
