Вплоть до начала XX века ни один американский президент не покидал пределов страны. На протяжении почти ста двадцати лет действовало негласное правило, запрещавшее главам государства выезжать за рубеж. Два обстоятельства стояли за этим табу. С одной стороны, отцы-основатели опасались, что заморские вояжи будут выглядеть как «монаршеское бахвальство политической властью» — слишком уж похоже на поведение европейских монархов, от которых Америка отреклась в 1776 году. С другой стороны, Конгресс категорически отказывался финансировать даже внутренние поездки президентов, не говоря уже о зарубежных. Законодатели ревниво оберегали свой статус главной ветви власти и не желали оплачивать «рекламные туры» исполнительной власти. Джеймс Монро, к примеру, объездил северо-восточные штаты, но каждый цент выложил из собственного кармана.
Перелом наступил в 1906 году, когда Теодор Рузвельт отправился в Панамскую зону — второе по счёту государственное образование на территории Панамы, где Соединённые Штаты вели строительство межокеанского канала. Этот канал давно стал олицетворением растущего американского империализма, и Рузвельт не собирался довольствоваться газетными отчётами. Логика оказалась простой и грубой: раз Америка превращается в мировую державу, её лидеру пора хотя бы раз взглянуть на стройку, олицетворяющую эту новую роль. Именно так началась эпоха президентских вояжей.
После 1906 года среднее число дней, проведённых президентами за рубежом, стало неуклонно расти. Главным исключением из этого правила остаётся Вудро Вильсон, который за вторую каденцию провёл вне США целых 148 дней. Причины были чрезвычайными: Вильсон вёл переговоры об окончании Первой мировой войны и фактически конструировал послевоенный миропорядок — участие в работе Парижской мирной конференции и создание Лиги Наций поглощали его целиком.
Параллельно менялась технология. В 1953 году появился новый самолёт президента — тот самый, который позже станет известен под именем Air Force One, хотя первоначально это название носил конкретный борт VC-137A, подаренный ВВС США. С этого момента поездки за океан участились заметно. Тем не менее расстояние по-прежнему имеет значение: чаще всего американские президенты летают в Европу — сочетание дипломатических задач и относительно короткого перелёта из Вашингтона.
Что касается целей зарубежных визитов, то картина выглядит так. Лидируют двусторонние и многосторонние встречи — главы государств летят на саммиты, переговоры, форумы. Значительно реже речь идёт о церемониях, таких как похороны иностранных лидеров, либо об инспекциях американских военных баз за рубежом.
Однако политические учёные Ян Острандер и Тоби Дж. Райдер обнаружили, что выбор маршрутов и дат определяется не только дипломатической повесткой. Изучив все президентские поездки в период с 1906 по 2016 год, они установили несколько закономерностей. В годы выборов президенты резко сокращают зарубежные вояжи — им выгоднее проводить время внутри страны, ведя кампанию. При так называемом «разделённом правительстве», когда президент и большинство в Конгрессе принадлежат к разным партиям, число поездок, наоборот, возрастает: дома законодательные инициативы упираются в глухую стену, и президенту проще искать внешнеполитические триумфы. Та же логика работает, когда оппозиция контролирует внушительное большинство в Конгрессе — нет смысла тратить силы на попытки «согнать голоса», когда поражение в палате предрешено. Наконец, в периоды скандалов и кризисов президенты тоже заметно активизируются за рубежом. Поездка с флагами и встречами с лидерами служит превосходным отвлекающим манёвром от неприглядной домашней повестки. Классические примеры — Ричард Никсон во время Уотергейтского скандала и Билл Клинтон в разгар дела Моники Левински и собственного импичмента.
Объём времени, которое современные президенты проводят за границей, поразил бы любого американца XIX века. Для них такое поведение казалось бы верхом неприличия — признаком монархических замашек, которых они так старательно избегали. Теперь же флаги, толпы журналистов и крепкие рукопожатия с мировыми лидерами воспринимаются как неотъемлемые атрибуты президентства. Ирония в том, что Теодор Рузвельт, начавший эту традицию с инспекции канала в Панаме, вряд ли мог предвидеть, во что это выльется через столетие.
Любопытная деталь из истории Никсона: прежде чем открыть Китай для торговли и совершить ту самую историческую поездку 1972 года, он же целенаправленно уничтожил карьеры американских дипломатов, работавших в Китае в 1940-х годах, назвав их «попутчиками коммунистов». Эта странность подробно разобрана в материале Мэтью Уиллса от 7 октября 2019 года — яркая иллюстрация того, как политическая логика Вашингтона способна переворачиваться с ног на голову за считанные годы.
Перелом наступил в 1906 году, когда Теодор Рузвельт отправился в Панамскую зону — второе по счёту государственное образование на территории Панамы, где Соединённые Штаты вели строительство межокеанского канала. Этот канал давно стал олицетворением растущего американского империализма, и Рузвельт не собирался довольствоваться газетными отчётами. Логика оказалась простой и грубой: раз Америка превращается в мировую державу, её лидеру пора хотя бы раз взглянуть на стройку, олицетворяющую эту новую роль. Именно так началась эпоха президентских вояжей.
После 1906 года среднее число дней, проведённых президентами за рубежом, стало неуклонно расти. Главным исключением из этого правила остаётся Вудро Вильсон, который за вторую каденцию провёл вне США целых 148 дней. Причины были чрезвычайными: Вильсон вёл переговоры об окончании Первой мировой войны и фактически конструировал послевоенный миропорядок — участие в работе Парижской мирной конференции и создание Лиги Наций поглощали его целиком.
Параллельно менялась технология. В 1953 году появился новый самолёт президента — тот самый, который позже станет известен под именем Air Force One, хотя первоначально это название носил конкретный борт VC-137A, подаренный ВВС США. С этого момента поездки за океан участились заметно. Тем не менее расстояние по-прежнему имеет значение: чаще всего американские президенты летают в Европу — сочетание дипломатических задач и относительно короткого перелёта из Вашингтона.
Что касается целей зарубежных визитов, то картина выглядит так. Лидируют двусторонние и многосторонние встречи — главы государств летят на саммиты, переговоры, форумы. Значительно реже речь идёт о церемониях, таких как похороны иностранных лидеров, либо об инспекциях американских военных баз за рубежом.
Однако политические учёные Ян Острандер и Тоби Дж. Райдер обнаружили, что выбор маршрутов и дат определяется не только дипломатической повесткой. Изучив все президентские поездки в период с 1906 по 2016 год, они установили несколько закономерностей. В годы выборов президенты резко сокращают зарубежные вояжи — им выгоднее проводить время внутри страны, ведя кампанию. При так называемом «разделённом правительстве», когда президент и большинство в Конгрессе принадлежат к разным партиям, число поездок, наоборот, возрастает: дома законодательные инициативы упираются в глухую стену, и президенту проще искать внешнеполитические триумфы. Та же логика работает, когда оппозиция контролирует внушительное большинство в Конгрессе — нет смысла тратить силы на попытки «согнать голоса», когда поражение в палате предрешено. Наконец, в периоды скандалов и кризисов президенты тоже заметно активизируются за рубежом. Поездка с флагами и встречами с лидерами служит превосходным отвлекающим манёвром от неприглядной домашней повестки. Классические примеры — Ричард Никсон во время Уотергейтского скандала и Билл Клинтон в разгар дела Моники Левински и собственного импичмента.
Объём времени, которое современные президенты проводят за границей, поразил бы любого американца XIX века. Для них такое поведение казалось бы верхом неприличия — признаком монархических замашек, которых они так старательно избегали. Теперь же флаги, толпы журналистов и крепкие рукопожатия с мировыми лидерами воспринимаются как неотъемлемые атрибуты президентства. Ирония в том, что Теодор Рузвельт, начавший эту традицию с инспекции канала в Панаме, вряд ли мог предвидеть, во что это выльется через столетие.
Любопытная деталь из истории Никсона: прежде чем открыть Китай для торговли и совершить ту самую историческую поездку 1972 года, он же целенаправленно уничтожил карьеры американских дипломатов, работавших в Китае в 1940-х годах, назвав их «попутчиками коммунистов». Эта странность подробно разобрана в материале Мэтью Уиллса от 7 октября 2019 года — яркая иллюстрация того, как политическая логика Вашингтона способна переворачиваться с ног на голову за считанные годы.