Индустриализация, глобализация и урбанизация непрерывно меняют облик Германии, формируя устоявшийся контраст между городскими и сельскими областями. В городах активно развиваются новые формы быта и работы, тогда как в деревнях и небольших поселениях сохраняются традиционные представления о семье, религии и "родной земле".
Эта напряжённость усиливается политической деятельностью партии "Альтернатива для Германии" (AfD), которая позиционирует себя как хранительница национальных устоев и "чистоты" сельской жизни. Она использует различные образы, призванные подчеркнуть важность традиционной культуры и противопоставить её "городской глобализации".
Вежливо-привлекательные сценарии, когда люди из небольших деревень с их умеренным укладом вдруг сталкиваются с "новыми жителями" или возвращаются из городов со свежими идеями, нередко перерастают в конфликты. Установившаяся сельская рутина терпит перемены, и город начинает ассоциироваться с глобальным отражествлением, цифровой мобильностью и непривычными моделями семьи.
Разнообразие ценностей и образов жизни охватывает всю страну. Можно встретить среди горожан традиционалистов, а в глуши — сторонников неформальных отношений и индивидуальной свободы. Колебания между либерально-модернистским курсом и консервативными устоями становятся ещё заметнее, когда за дело берутся политики, стремящиеся закрепить раскол ценностей, разделяя его на "старый и добрый" сельский мир и "подорванный чуждыми веяниями" город.
AfD формирует чёткий политический нарратив, призывая защитить "культурно обусловленную немецкую идентичность" и отвергая влияние считаемого "элитарным картелем" урбанистического образа жизни. Партия декларирует ценность гетеронормативной семьи, опирается на понятие "leitkultur", подчёркивает важность обычаев (brauchtum) и возвеличивает крестьянский труд.
Особую символическую роль приобрели ветряные электростанции, которые кандидат на пост канцлера от AfD, Алис Вайдель, назвала "Windmühlen der Schande" ("ветряными мельницами позора"). Она призывает к их демонтажу, считая, что урбанистическая энергетика не должна уродовать сельские пейзажи, сформированные поколениями крестьян.
В июне 2024 года на выборах в Европарламент AfD получила 15,9% голосов в Германии, причём заметен выраженный контраст между городскими и удалёнными сельскими регионами. В восточной части страны, исторически связанной с прошлым ГДР и недостаточно системно просветившей граждан о национал-социализме и демократии, националистическая риторика партии нашла более благодатную почву.
В западных регионах также есть существенные различия. В городах вроде Берлина, Кёльна, Дрездена, Гамбурга, Лейпцига, Мюнхена и Штутгарта, где сборный образ жизни более космополитичен, AfD получает меньший процент. Однако в Баден-Вюртемберге партия особенно сильна в районе северного и восточного Шварцвальда, на территории Бар, в Швабском Альбе, в округе Ремс-Мурр, в Швабском Лесу и в Хоэнлоэ, где доминируют общины с консервативным укладом и невысоким уровнем миграции.
Есть предположения, что на ближайших выборах, запланированных на 23 февраля, AfD укрепит свои позиции в восточных регионах и расширит влияние в сельских районах на западе. Социальное напряжение, связанное с разрывом между большими городами и провинцией, вероятно, продолжит нарастать, формируя новые контуры политического противостояния.
Изображение носит иллюстративный характер
Эта напряжённость усиливается политической деятельностью партии "Альтернатива для Германии" (AfD), которая позиционирует себя как хранительница национальных устоев и "чистоты" сельской жизни. Она использует различные образы, призванные подчеркнуть важность традиционной культуры и противопоставить её "городской глобализации".
Вежливо-привлекательные сценарии, когда люди из небольших деревень с их умеренным укладом вдруг сталкиваются с "новыми жителями" или возвращаются из городов со свежими идеями, нередко перерастают в конфликты. Установившаяся сельская рутина терпит перемены, и город начинает ассоциироваться с глобальным отражествлением, цифровой мобильностью и непривычными моделями семьи.
Разнообразие ценностей и образов жизни охватывает всю страну. Можно встретить среди горожан традиционалистов, а в глуши — сторонников неформальных отношений и индивидуальной свободы. Колебания между либерально-модернистским курсом и консервативными устоями становятся ещё заметнее, когда за дело берутся политики, стремящиеся закрепить раскол ценностей, разделяя его на "старый и добрый" сельский мир и "подорванный чуждыми веяниями" город.
AfD формирует чёткий политический нарратив, призывая защитить "культурно обусловленную немецкую идентичность" и отвергая влияние считаемого "элитарным картелем" урбанистического образа жизни. Партия декларирует ценность гетеронормативной семьи, опирается на понятие "leitkultur", подчёркивает важность обычаев (brauchtum) и возвеличивает крестьянский труд.
Особую символическую роль приобрели ветряные электростанции, которые кандидат на пост канцлера от AfD, Алис Вайдель, назвала "Windmühlen der Schande" ("ветряными мельницами позора"). Она призывает к их демонтажу, считая, что урбанистическая энергетика не должна уродовать сельские пейзажи, сформированные поколениями крестьян.
В июне 2024 года на выборах в Европарламент AfD получила 15,9% голосов в Германии, причём заметен выраженный контраст между городскими и удалёнными сельскими регионами. В восточной части страны, исторически связанной с прошлым ГДР и недостаточно системно просветившей граждан о национал-социализме и демократии, националистическая риторика партии нашла более благодатную почву.
В западных регионах также есть существенные различия. В городах вроде Берлина, Кёльна, Дрездена, Гамбурга, Лейпцига, Мюнхена и Штутгарта, где сборный образ жизни более космополитичен, AfD получает меньший процент. Однако в Баден-Вюртемберге партия особенно сильна в районе северного и восточного Шварцвальда, на территории Бар, в Швабском Альбе, в округе Ремс-Мурр, в Швабском Лесу и в Хоэнлоэ, где доминируют общины с консервативным укладом и невысоким уровнем миграции.
Есть предположения, что на ближайших выборах, запланированных на 23 февраля, AfD укрепит свои позиции в восточных регионах и расширит влияние в сельских районах на западе. Социальное напряжение, связанное с разрывом между большими городами и провинцией, вероятно, продолжит нарастать, формируя новые контуры политического противостояния.
