В современном обществе разгорелась дискуссия о роли религии в формировании нравственности и социального благополучия. На фоне некогда мощного движения Нового Атеизма, чьими знаменосцами были Ричард Докинз, Сэм Харрис, Кристофер Хитченс и Дэниел Деннет, появились так называемые «Новые Теисты». Они утверждают, что религиозная вера является неотъемлемым условием прогресса и здоровья общества, особенно в западных странах. Однако, эта точка зрения встречает серьезное сопротивление со стороны гуманистов, таких как А. К. Грейлинг, вице-президент организации "Humanists UK".
Грейлинг категорически не согласен с тем, что упадок морали в обществе вызван недостатком религиозности. Он утверждает, что подобные заявления часто продиктованы корыстными мотивами и стремлением сохранить власть. Принцип "cui bono" («кому выгодно») здесь весьма уместен. Более того, Грейлинг отмечает, что нет никаких оснований считать, что секуляризация является причиной нравственной деградации. Он приводит в пример античную Грецию и Рим, где процветали философия и этические нормы без доминирования какой-либо конкретной религии, а также философские школы Индии и опыт Китая, который на протяжении веков составлял значительную часть человечества, не прибегая к монотеистической религиозной доктрине.
Одним из ключевых аргументов Грейлинга является то, что современные проблемы кроются в недостатке доступных образовательных «третьих пространств». Традиционные места, где люди могли собираться и общаться, такие как религиозные учреждения, утрачивают свое влияние. Но вместо того, чтобы искать спасения в религии, Грейлинг предлагает сосредоточиться на создании пространств, способствующих образованию и интеллектуальному развитию. Он обращается к идеалам классической античности, где школа воспринималась как досуг, место для дискуссий и философских размышлений.
Грейлинг критикует современную систему образования за ее чрезмерную ориентацию на экзамены и подготовку к трудоустройству. По его мнению, она «отказалась от идеи образования» как таковой. Для него важно, чтобы образование выходило за рамки пассивного восприятия информации и включало в себя активное участие учеников: обсуждение, написание текстов и применение полученных знаний на практике. Он цитирует Аристотеля, который говорил, что мы «образоваем себя, чтобы благородно использовать свое время в школе».
Полемика вокруг роли религии в обществе не нова. Ещё в древности, философ Сенека отмечал, что народ и правители по-разному относятся к религии. Если для одних это искренняя вера, то для других – инструмент управления. В 2011 году социальный психолог Джонатан Хайдт утверждал, что религия важна для социальной сплоченности. Но Грейлинг отвергает эти аргументы, предлагая вместо религиозной догматики развивать гуманистические ценности, основанные на принципах разума и человеческого достоинства.
Вместо того чтобы полагаться на религию как источник нравственности, нам следует сосредоточиться на образовании, подчеркивает Грейлинг. Именно качественное, доступное для всех образование, а не слепая вера, может способствовать истинному человеческому процветанию. Это не просто формальная учеба, а путь к активному мышлению, критическому анализу и благородным поступкам, как это понимали в древней Греции, когда «школа» была местом, где «собирались, общались и обсуждали».
Изображение носит иллюстративный характер
Грейлинг категорически не согласен с тем, что упадок морали в обществе вызван недостатком религиозности. Он утверждает, что подобные заявления часто продиктованы корыстными мотивами и стремлением сохранить власть. Принцип "cui bono" («кому выгодно») здесь весьма уместен. Более того, Грейлинг отмечает, что нет никаких оснований считать, что секуляризация является причиной нравственной деградации. Он приводит в пример античную Грецию и Рим, где процветали философия и этические нормы без доминирования какой-либо конкретной религии, а также философские школы Индии и опыт Китая, который на протяжении веков составлял значительную часть человечества, не прибегая к монотеистической религиозной доктрине.
Одним из ключевых аргументов Грейлинга является то, что современные проблемы кроются в недостатке доступных образовательных «третьих пространств». Традиционные места, где люди могли собираться и общаться, такие как религиозные учреждения, утрачивают свое влияние. Но вместо того, чтобы искать спасения в религии, Грейлинг предлагает сосредоточиться на создании пространств, способствующих образованию и интеллектуальному развитию. Он обращается к идеалам классической античности, где школа воспринималась как досуг, место для дискуссий и философских размышлений.
Грейлинг критикует современную систему образования за ее чрезмерную ориентацию на экзамены и подготовку к трудоустройству. По его мнению, она «отказалась от идеи образования» как таковой. Для него важно, чтобы образование выходило за рамки пассивного восприятия информации и включало в себя активное участие учеников: обсуждение, написание текстов и применение полученных знаний на практике. Он цитирует Аристотеля, который говорил, что мы «образоваем себя, чтобы благородно использовать свое время в школе».
Полемика вокруг роли религии в обществе не нова. Ещё в древности, философ Сенека отмечал, что народ и правители по-разному относятся к религии. Если для одних это искренняя вера, то для других – инструмент управления. В 2011 году социальный психолог Джонатан Хайдт утверждал, что религия важна для социальной сплоченности. Но Грейлинг отвергает эти аргументы, предлагая вместо религиозной догматики развивать гуманистические ценности, основанные на принципах разума и человеческого достоинства.
Вместо того чтобы полагаться на религию как источник нравственности, нам следует сосредоточиться на образовании, подчеркивает Грейлинг. Именно качественное, доступное для всех образование, а не слепая вера, может способствовать истинному человеческому процветанию. Это не просто формальная учеба, а путь к активному мышлению, критическому анализу и благородным поступкам, как это понимали в древней Греции, когда «школа» была местом, где «собирались, общались и обсуждали».
