Величие Уильяма Батлера Йейтса как поэта было достигнуто не вопреки его одержимости оккультизмом, а именно благодаря ей. Йейтс, родившийся в 1865 году в эпоху "Pax Brittanica" и ушедший из жизни 28 января 1939 года, прожил жизнь, наполненную историческими потрясениями: от заката XIX века и Первой мировой войны до Пасхального восстания и преддверия Второй мировой. Будучи лауреатом Нобелевской премии по литературе 1923 года и членом ирландского Сената в 1920-х годах, он позиционировал себя как «антимодернист», но при этом интеллектуально взаимодействовал с современностью. Его пожизненное увлечение магией и гаданием, которые он называл «антирационалистическими искусствами», стало защитой от хаоса истории и позволило создать сложную философскую систему, изложенную в труде A Vision («Видение»).
Конфликт между рационализмом и магическим мышлением ярко проявился в восприятии творчества Йейтса его современником У. Х. Оденом. Оден, находившийся под влиянием идей Маркса и Фрейда, считал приближение Второй мировой войны «интеллектуальным позором», вызванным иррациональностью. В своей элегии, посвященной Йейтсу, Оден признавал дар поэта, но считал его оккультные интересы «глупыми». Сам же Йейтс придерживался диаметрально противоположного мнения, утверждая: «Мистическая жизнь — это центр всего, что я делаю, всего, что я думаю, и всего, что я пишу». Для него пророчества и медиумизм были инструментами понимания истории, которую он видел как «расширяющийся вихрь» (gyre) и утрату традиционных церемоний.
Фундамент оккультных исследований Йейтса был заложен задолго до его поздних шедевров. В эссе «Магия», опубликованном в 1901 году, он сформулировал три ключевые доктрины: разумы могут перетекать друг в друга, образуя единую энергию; память является частью «Великой Памяти» (Природы); и этот Великий Разум можно вызвать с помощью символов. Йейтс более двадцати лет состоял в Герметическом ордене Золотой Зари в Лондоне, изучал каббалу, розенкрейцерство и веданту, посещал спиритические сеансы и взаимодействовал с Теософским обществом мадам Блаватской. Центральным понятием его философии стала Anima Mundi — Душа Мира.
Поворотный момент в создании его magnum opus наступил в 1917 году, когда Йейтс женился на Джорджи Хайд-Лис, которая была моложе его на 27 лет. Во время медового месяца, чтобы отвлечь мужа от сомнений по поводу брака, Джорджи начала практиковать автоматическое письмо. Ее рукой, как утверждалось, завладела «высшая сила». На вопрос Йейтса о цели этих посланий «инструкторы» или духи-наставники ответили: «Мы пришли дать вам метафоры для поэзии». Этот процесс продолжался несколько лет и породил около 3600 страниц текста, ставших синтезом субъективного медиумизма Джорджи и объективных знаний Йейтса.
Результатом этой работы стала книга A Vision («Видение»). Первое издание вышло в 1925 году ограниченным тиражом в 600 экземпляров, а в 1937 году последовала значительно переработанная версия. Этот труд часто цитируют, но редко читают. Рецензент Керкер Куинн в 1938 году отметил, что книга служит доказательством того, что Йейтс стал «бесспорно, хотя, возможно, и с пользой, сумасшедшим». В письме к иллюстратору Эдмунду Дюлаку в апреле 1924 года Йейтс описывал свою работу как попытку создать систему, защищающую от хаоса. Это была рационалистическая систематизация мифа для объяснения человеческой личности и истории.
Центральным символом системы стало «Великое Колесо», основанное на лунном месяце и разделенное на 28 фаз, представляющих стадии реинкарнации и типы личности. Фаза 1 (Новолуние) символизировала полную пластичность и управлялась «Первичным» началом (коллективным и пассивным). Фаза 15 (Полнолуние) олицетворяла совершенную красоту и «Антитетическое» начало (субъективное и индивидуальное). Великие творцы, такие как Китс, Блейк и Данте, группировались в системе Йейтса возле 15-й фазы. Другим важнейшим элементом были «Вихри» (Gyres) — два сцепленных конуса, один из которых расширяется, а другой сужается, символизируя диалектику существования, где сознание рождается из конфликта.
Эта эзотерическая структура нашла прямое отражение в величайших стихотворениях Йейтса. В поэме «Второе пришествие» (1919/1920) он описывает смену исторических циклов, длящихся, согласно его системе, 2000 лет (так называемый «Великий год»). Образ «Грубого зверя» представляет наступающую антитетическую эпоху — активную и субъективную силу, которая должна сменить христианскую эпоху, символизируемую «Голубем» (пассивной жертвенностью). Эта концепция подробно рассматривается в его эссе «Голубь или Лебедь».
Влияние системы прослеживается также в стихотворениях «Леда и лебедь», «Среди школьников» и «Плавание в Византию», вошедших в сборники «Башня» (The Tower) и «Винтовая лестница» (The Winding Stair). Биографы Ричард Эллман и Рой Фостер, а также критик Гарольд Блум отмечали, что эта сложная космология, впитавшая идеи Плотина, Якоба Бёме, Эмануэля Сведенборга и даже диалектику Гегеля, стала неотъемлемой частью модернистского наследия поэта. Йейтс, наблюдавший восхождение Муссолини и Гитлера, использовал свои мистические прозрения не как уход от реальности, а как способ осмыслить трагические циклы человеческой истории.
Изображение носит иллюстративный характер
Конфликт между рационализмом и магическим мышлением ярко проявился в восприятии творчества Йейтса его современником У. Х. Оденом. Оден, находившийся под влиянием идей Маркса и Фрейда, считал приближение Второй мировой войны «интеллектуальным позором», вызванным иррациональностью. В своей элегии, посвященной Йейтсу, Оден признавал дар поэта, но считал его оккультные интересы «глупыми». Сам же Йейтс придерживался диаметрально противоположного мнения, утверждая: «Мистическая жизнь — это центр всего, что я делаю, всего, что я думаю, и всего, что я пишу». Для него пророчества и медиумизм были инструментами понимания истории, которую он видел как «расширяющийся вихрь» (gyre) и утрату традиционных церемоний.
Фундамент оккультных исследований Йейтса был заложен задолго до его поздних шедевров. В эссе «Магия», опубликованном в 1901 году, он сформулировал три ключевые доктрины: разумы могут перетекать друг в друга, образуя единую энергию; память является частью «Великой Памяти» (Природы); и этот Великий Разум можно вызвать с помощью символов. Йейтс более двадцати лет состоял в Герметическом ордене Золотой Зари в Лондоне, изучал каббалу, розенкрейцерство и веданту, посещал спиритические сеансы и взаимодействовал с Теософским обществом мадам Блаватской. Центральным понятием его философии стала Anima Mundi — Душа Мира.
Поворотный момент в создании его magnum opus наступил в 1917 году, когда Йейтс женился на Джорджи Хайд-Лис, которая была моложе его на 27 лет. Во время медового месяца, чтобы отвлечь мужа от сомнений по поводу брака, Джорджи начала практиковать автоматическое письмо. Ее рукой, как утверждалось, завладела «высшая сила». На вопрос Йейтса о цели этих посланий «инструкторы» или духи-наставники ответили: «Мы пришли дать вам метафоры для поэзии». Этот процесс продолжался несколько лет и породил около 3600 страниц текста, ставших синтезом субъективного медиумизма Джорджи и объективных знаний Йейтса.
Результатом этой работы стала книга A Vision («Видение»). Первое издание вышло в 1925 году ограниченным тиражом в 600 экземпляров, а в 1937 году последовала значительно переработанная версия. Этот труд часто цитируют, но редко читают. Рецензент Керкер Куинн в 1938 году отметил, что книга служит доказательством того, что Йейтс стал «бесспорно, хотя, возможно, и с пользой, сумасшедшим». В письме к иллюстратору Эдмунду Дюлаку в апреле 1924 года Йейтс описывал свою работу как попытку создать систему, защищающую от хаоса. Это была рационалистическая систематизация мифа для объяснения человеческой личности и истории.
Центральным символом системы стало «Великое Колесо», основанное на лунном месяце и разделенное на 28 фаз, представляющих стадии реинкарнации и типы личности. Фаза 1 (Новолуние) символизировала полную пластичность и управлялась «Первичным» началом (коллективным и пассивным). Фаза 15 (Полнолуние) олицетворяла совершенную красоту и «Антитетическое» начало (субъективное и индивидуальное). Великие творцы, такие как Китс, Блейк и Данте, группировались в системе Йейтса возле 15-й фазы. Другим важнейшим элементом были «Вихри» (Gyres) — два сцепленных конуса, один из которых расширяется, а другой сужается, символизируя диалектику существования, где сознание рождается из конфликта.
Эта эзотерическая структура нашла прямое отражение в величайших стихотворениях Йейтса. В поэме «Второе пришествие» (1919/1920) он описывает смену исторических циклов, длящихся, согласно его системе, 2000 лет (так называемый «Великий год»). Образ «Грубого зверя» представляет наступающую антитетическую эпоху — активную и субъективную силу, которая должна сменить христианскую эпоху, символизируемую «Голубем» (пассивной жертвенностью). Эта концепция подробно рассматривается в его эссе «Голубь или Лебедь».
Влияние системы прослеживается также в стихотворениях «Леда и лебедь», «Среди школьников» и «Плавание в Византию», вошедших в сборники «Башня» (The Tower) и «Винтовая лестница» (The Winding Stair). Биографы Ричард Эллман и Рой Фостер, а также критик Гарольд Блум отмечали, что эта сложная космология, впитавшая идеи Плотина, Якоба Бёме, Эмануэля Сведенборга и даже диалектику Гегеля, стала неотъемлемой частью модернистского наследия поэта. Йейтс, наблюдавший восхождение Муссолини и Гитлера, использовал свои мистические прозрения не как уход от реальности, а как способ осмыслить трагические циклы человеческой истории.
