В пещере Эль-Мирадор на севере Испании обнаружены человеческие останки возрастом 5700 лет, свидетельствующие об акте каннибализма. Анализ, опубликованный 7 августа в журнале Scientific Reports, показывает, что это событие было не ритуальным погребением или следствием голода, а формой социального контроля и попыткой «окончательного уничтожения» соперничающей группы в ходе жестокого конфликта.
Находка относится к эпохе позднего неолита (период от 6500 до 5000 лет назад), времени кардинальных перемен, когда человеческие сообщества переходили от кочевого образа жизни к земледелию, скотоводству и созданию постоянных поселений. До трагических событий пещера Эль-Мирадор использовалась в качестве загона для скота, что указывает на устоявшийся быт местных жителей.
Команда из Каталонского института палеоэкологии человека и социальной эволюции (IPHES) в Таррагоне проанализировала 650 фрагментов костей, принадлежавших 11 людям. Среди жертв были дети, подростки и взрослые. Изотопный анализ подтвердил, что все они были жителями данной местности, что указывает на конфликт между соседними общинами.
Доказательства преднамеренной обработки тел неопровержимы. На 132 костных фрагментах обнаружены следы разрезов, соскабливания и рубленых ран, характерных для снятия кожи и отделения плоти. Кроме того, 222 фрагмента изменили цвет под воздействием огня, что свидетельствует о кремации. 69 из этих обожженных костей также несли на себе следы разделки.
На некоторых останках были найдены следы, которые могли оставить человеческие зубы. Наиболее зловещей находкой стала бедренная кость младенца со следами перкуссии — ее разбили, чтобы извлечь костный мозг. Все эти улики указывают на то, что тела жертв были тщательно разделаны и употреблены в пищу.
Археологи, включая соавтора исследования Антонио Родригеса-Идальго, интерпретируют это событие как «военный каннибализм». Насилие было быстрым и однократным, характерным для нападения одной группы на другую. Травмы на костях были нанесены после смерти, что исключает версию о боевых ранениях или сборе трофеев и указывает на целенаправленную обработку тел.
Исследователи исключили другие возможные объяснения. Версия о «погребальном каннибализме» маловероятна, поскольку в регионе не найдено других свидетельств подобных ритуалов того периода. Гипотеза о выживании также не нашла подтверждения: археологические слои не содержат признаков кризиса ресурсов или голода, который мог бы заставить людей прибегнуть к поеданию себе подобных.
Это открытие дополняет уже имеющиеся данные о другом акте каннибализма, произошедшем в той же пещере Эль-Мирадор, но значительно позже. Второй инцидент датируется бронзовым веком, периодом между 4600 и 4100 лет назад, то есть примерно через 1500 лет после неолитической резни.
Ключевое различие между двумя событиями заключается в культурных практиках. Останки бронзового века включали так называемые «черепные чаши» — человеческие черепа, обработанные и превращенные в сосуды, вероятно, для церемониального использования. Подобных артефактов среди более древних, неолитических останков, обнаружено не было.
Факт двух независимых друг от друга эпизодов каннибализма, разделенных полутора тысячелетиями, но произошедших в одном и том же месте, заставляет пересмотреть взгляды на доисторическое общество. Команда исследователей IPHES, включая специалиста по фамилии Маргинедас, полагает, что каннибализм мог быть более распространенной практикой в прошлом, чем считалось ранее, и служил не только для утоления голода, но и был жестоким инструментом ведения войны.
Изображение носит иллюстративный характер
Находка относится к эпохе позднего неолита (период от 6500 до 5000 лет назад), времени кардинальных перемен, когда человеческие сообщества переходили от кочевого образа жизни к земледелию, скотоводству и созданию постоянных поселений. До трагических событий пещера Эль-Мирадор использовалась в качестве загона для скота, что указывает на устоявшийся быт местных жителей.
Команда из Каталонского института палеоэкологии человека и социальной эволюции (IPHES) в Таррагоне проанализировала 650 фрагментов костей, принадлежавших 11 людям. Среди жертв были дети, подростки и взрослые. Изотопный анализ подтвердил, что все они были жителями данной местности, что указывает на конфликт между соседними общинами.
Доказательства преднамеренной обработки тел неопровержимы. На 132 костных фрагментах обнаружены следы разрезов, соскабливания и рубленых ран, характерных для снятия кожи и отделения плоти. Кроме того, 222 фрагмента изменили цвет под воздействием огня, что свидетельствует о кремации. 69 из этих обожженных костей также несли на себе следы разделки.
На некоторых останках были найдены следы, которые могли оставить человеческие зубы. Наиболее зловещей находкой стала бедренная кость младенца со следами перкуссии — ее разбили, чтобы извлечь костный мозг. Все эти улики указывают на то, что тела жертв были тщательно разделаны и употреблены в пищу.
Археологи, включая соавтора исследования Антонио Родригеса-Идальго, интерпретируют это событие как «военный каннибализм». Насилие было быстрым и однократным, характерным для нападения одной группы на другую. Травмы на костях были нанесены после смерти, что исключает версию о боевых ранениях или сборе трофеев и указывает на целенаправленную обработку тел.
Исследователи исключили другие возможные объяснения. Версия о «погребальном каннибализме» маловероятна, поскольку в регионе не найдено других свидетельств подобных ритуалов того периода. Гипотеза о выживании также не нашла подтверждения: археологические слои не содержат признаков кризиса ресурсов или голода, который мог бы заставить людей прибегнуть к поеданию себе подобных.
Это открытие дополняет уже имеющиеся данные о другом акте каннибализма, произошедшем в той же пещере Эль-Мирадор, но значительно позже. Второй инцидент датируется бронзовым веком, периодом между 4600 и 4100 лет назад, то есть примерно через 1500 лет после неолитической резни.
Ключевое различие между двумя событиями заключается в культурных практиках. Останки бронзового века включали так называемые «черепные чаши» — человеческие черепа, обработанные и превращенные в сосуды, вероятно, для церемониального использования. Подобных артефактов среди более древних, неолитических останков, обнаружено не было.
Факт двух независимых друг от друга эпизодов каннибализма, разделенных полутора тысячелетиями, но произошедших в одном и том же месте, заставляет пересмотреть взгляды на доисторическое общество. Команда исследователей IPHES, включая специалиста по фамилии Маргинедас, полагает, что каннибализм мог быть более распространенной практикой в прошлом, чем считалось ранее, и служил не только для утоления голода, но и был жестоким инструментом ведения войны.
