В 2008 году археолог Эрез Бен-Йосеф из Тель-Авивского университета и геолог Рон Шаар из Еврейского университета в Иерусалиме обнаружили в южной Иордании медный шлак железного века. Анализ показал аномальный скачок силы магнитного поля Земли, произошедший около 3000 лет назад. Геофизики встретили данные со скепсисом, но после десяти лет исследований феномен признали и назвали Левантийской аномалией железного века (LIAA).
LIAA существовала с 1100 по 550 год до н. э., проявляясь в интенсивных магнитных всплесках на Ближнем Востоке. Её зафиксировали методом археомагнетизма, изучая частицы в обожжённых артефактах. При нагреве (например, в металлургических печах) магнитные минералы выравниваются с полем Земли, а при остывании «застывают», сохраняя его параметры в радиусе 500 км. Датировку образцов подтверждали радиоуглеродным анализом.
Традиционные методы реконструкции магнитного поля опираются на вулканические породы, дающие разрозненные данные за миллионы лет. Археомагнетизм же обеспечивает точность для последних тысячелетий. Это критически важно, ведь современное поле ослабевает, угрожая спутникам и повышая радиационный риск. Наблюдения ведутся лишь с 1832 года, а динамика полюсов непредсказуема: с 2001 по 2007 год магнитный север сместился на 320 км из-за сдвигов в жидком ядре Земли.
Глобальная база Geomagia50, курируемая геофизиком Максвеллом Брауном из Университета Миннесоты, на 90% состоит из европейских данных. Оборудование для измерений стоит $700–800 тыс., и в Африке таких приборов нет. Каждый образец анализируют 20 раз, разрушая артефакт за 2 месяца, что замедляет изучение Азии, Южной Америки. Первые данные по Камбодже опубликовали в 2021 году, по Африке — в 2022-м.
LIAA охватывала 1600 км, а её интенсивность не имеет аналогов в истории. Схожие скачки отмечали в Китае и Корее, но не подтвердили. Другая аномалия — Южно-Атлантическая (SAA) — ослабляет поле над Южной Америкой и Африкой с момента возникновения 11 млн лет назад. Она нарушает связь со спутниками и МКС.
Природу LIAA объясняют двумя гипотезами: миграцией магнитного «пятна» под экватором или ростом нескольких локальных аномалий под Левантом. В январе 2024 года геофизик Пабло Ривера из Мадридского университета Комплутенсе смоделировал LIAA и SAA, связав их с суперплюмом — потоком раскалённых пород под Африкой, искажающим течение ядра. Однако, как подчёркивает Моника Корте из GFZ в Потсдаме, единая модель магнитных аномалий пока не создана.
К 2030 году число спутников на орбите достигнет 54 000 (против 13 500 сегодня). Их уязвимость к сбоям в SAA стимулирует проекты вроде программы Института магнетизма горных пород (США), где разрабатывают региональные системы датирования по образцу ближневосточных. Рон Шаар настаивает: без глобальных данных мы рискуем не обнаружить новые аномалии, способные парализовать технологии.
Изображение носит иллюстративный характер
LIAA существовала с 1100 по 550 год до н. э., проявляясь в интенсивных магнитных всплесках на Ближнем Востоке. Её зафиксировали методом археомагнетизма, изучая частицы в обожжённых артефактах. При нагреве (например, в металлургических печах) магнитные минералы выравниваются с полем Земли, а при остывании «застывают», сохраняя его параметры в радиусе 500 км. Датировку образцов подтверждали радиоуглеродным анализом.
Традиционные методы реконструкции магнитного поля опираются на вулканические породы, дающие разрозненные данные за миллионы лет. Археомагнетизм же обеспечивает точность для последних тысячелетий. Это критически важно, ведь современное поле ослабевает, угрожая спутникам и повышая радиационный риск. Наблюдения ведутся лишь с 1832 года, а динамика полюсов непредсказуема: с 2001 по 2007 год магнитный север сместился на 320 км из-за сдвигов в жидком ядре Земли.
Глобальная база Geomagia50, курируемая геофизиком Максвеллом Брауном из Университета Миннесоты, на 90% состоит из европейских данных. Оборудование для измерений стоит $700–800 тыс., и в Африке таких приборов нет. Каждый образец анализируют 20 раз, разрушая артефакт за 2 месяца, что замедляет изучение Азии, Южной Америки. Первые данные по Камбодже опубликовали в 2021 году, по Африке — в 2022-м.
LIAA охватывала 1600 км, а её интенсивность не имеет аналогов в истории. Схожие скачки отмечали в Китае и Корее, но не подтвердили. Другая аномалия — Южно-Атлантическая (SAA) — ослабляет поле над Южной Америкой и Африкой с момента возникновения 11 млн лет назад. Она нарушает связь со спутниками и МКС.
Природу LIAA объясняют двумя гипотезами: миграцией магнитного «пятна» под экватором или ростом нескольких локальных аномалий под Левантом. В январе 2024 года геофизик Пабло Ривера из Мадридского университета Комплутенсе смоделировал LIAA и SAA, связав их с суперплюмом — потоком раскалённых пород под Африкой, искажающим течение ядра. Однако, как подчёркивает Моника Корте из GFZ в Потсдаме, единая модель магнитных аномалий пока не создана.
К 2030 году число спутников на орбите достигнет 54 000 (против 13 500 сегодня). Их уязвимость к сбоям в SAA стимулирует проекты вроде программы Института магнетизма горных пород (США), где разрабатывают региональные системы датирования по образцу ближневосточных. Рон Шаар настаивает: без глобальных данных мы рискуем не обнаружить новые аномалии, способные парализовать технологии.
