Лили мечтала о сцене с раннего детства и с надеждой обратилась за уроками актерского мастерства к Александру Westwood, известному по сериалу Sex Education, который обещал помочь раскрепостить ее творческий потенциал и подготовить к поступлению в актерскую школу.
В свои 16 лет она увидела в нем наставника и друга, как для нее и ее матери, так и для будущего творческого пути. Первые два занятия казались обычными уроками: разбор техник прослушивания, подготовка монологов и знакомство с индустрией, однако уже к третьему занятию обстановка резко изменилась.
Вместо профессионального руководства Westwood начал использовать уроки для осуществления сексуальных домогательств. Лили была вынуждена раздеваться во время декламации монолога Офелии из «Гамлета», подвергалась непристойным прикосновениям, а в дальнейшем подвергалась не раз насильственным сексуальным актам, лишившись девственности в результате принуждения.
Страх и ужас, охватившие Лили, стали причиной ее попыток избежать занятий – она прибегала к самоиндуцированному рвотному приступу, употребляя сырое тесто для печенья и даже принимала принудительно лекарства. Westwood, используя свой авторитет, контролировал ситуацию, регулярно связываясь с матерью Лили для подтверждения ее участия, а также заставил подписать контракт с условием прохождения 365 уроков либо штрафом до 36 000 фунтов, что лишь усиливало его власть над ней.
Окончательным переломом стало тот момент, когда, во время просмотра сериала на Netflix вместе с матерью, Лили пережила приступ сильной тревоги, после чего не смогла сдержать слез и рассказала правду, объясняя, что долгое время не могла поведать о случившемся, чтобы не разбить сердце матери.
Последствия этого насилия навсегда оставили глубокий след в ее жизни: постоянное чувство стыда и утраты собственного тела, проблемы с гигиеной, дни, когда Лили отказывалась от еды, а травма стала причиной панических атак на сцене. Потеря веры в возможность нормальных отношений привела к страху перед близостью и мысли о том, что в будущем ей будет трудно открыться даже собственному партнеру, а идея создания семьи стала устрашающей.
После обращения в полицию дело было закрыто из-за отсутствия достаточных доказательств, однако спустя два года расследование возобновили, когда стало известно о других жертвах Westwood. Несмотря на обвинения нескольких потерпевших, актер оставался на свободе под залог, что вызвало ярость у жертв, а его нарушение условий залога незадолго до вынесения приговора лишь усугубило ситуацию. Суд в Wolverhampton Crown Court, под председательством судьи Нила Чавлы, охарактеризовал его действия как сознательное использование звездного статуса для эксплуатации доверчивых и наивных девушек, назвав поведение Westwood «манипулятивным и хищническим». Присяжные признали его виновным по нескольким пунктам обвинения, и он получил наказание в виде 15 с половиной лет тюремного заключения.
Лили постепенно пытается восстановить свою жизнь, обретая силы через политический театр и даже включая в свои творческие проекты элементы комедии. Ей удалось выстроить прочные отношения с матерью, а также с теми, кто пережил аналогичные ужасы – так называемая «новая семья», объединившая жертв, поддерживающую друг друга без осуждения. Международный женский день стал символическим днем единения: группа выживших вместе провела время в пабе, демонстрируя, что даже в самых темных моментах можно найти тепло и взаимопонимание.
Изображение носит иллюстративный характер
В свои 16 лет она увидела в нем наставника и друга, как для нее и ее матери, так и для будущего творческого пути. Первые два занятия казались обычными уроками: разбор техник прослушивания, подготовка монологов и знакомство с индустрией, однако уже к третьему занятию обстановка резко изменилась.
Вместо профессионального руководства Westwood начал использовать уроки для осуществления сексуальных домогательств. Лили была вынуждена раздеваться во время декламации монолога Офелии из «Гамлета», подвергалась непристойным прикосновениям, а в дальнейшем подвергалась не раз насильственным сексуальным актам, лишившись девственности в результате принуждения.
Страх и ужас, охватившие Лили, стали причиной ее попыток избежать занятий – она прибегала к самоиндуцированному рвотному приступу, употребляя сырое тесто для печенья и даже принимала принудительно лекарства. Westwood, используя свой авторитет, контролировал ситуацию, регулярно связываясь с матерью Лили для подтверждения ее участия, а также заставил подписать контракт с условием прохождения 365 уроков либо штрафом до 36 000 фунтов, что лишь усиливало его власть над ней.
Окончательным переломом стало тот момент, когда, во время просмотра сериала на Netflix вместе с матерью, Лили пережила приступ сильной тревоги, после чего не смогла сдержать слез и рассказала правду, объясняя, что долгое время не могла поведать о случившемся, чтобы не разбить сердце матери.
Последствия этого насилия навсегда оставили глубокий след в ее жизни: постоянное чувство стыда и утраты собственного тела, проблемы с гигиеной, дни, когда Лили отказывалась от еды, а травма стала причиной панических атак на сцене. Потеря веры в возможность нормальных отношений привела к страху перед близостью и мысли о том, что в будущем ей будет трудно открыться даже собственному партнеру, а идея создания семьи стала устрашающей.
После обращения в полицию дело было закрыто из-за отсутствия достаточных доказательств, однако спустя два года расследование возобновили, когда стало известно о других жертвах Westwood. Несмотря на обвинения нескольких потерпевших, актер оставался на свободе под залог, что вызвало ярость у жертв, а его нарушение условий залога незадолго до вынесения приговора лишь усугубило ситуацию. Суд в Wolverhampton Crown Court, под председательством судьи Нила Чавлы, охарактеризовал его действия как сознательное использование звездного статуса для эксплуатации доверчивых и наивных девушек, назвав поведение Westwood «манипулятивным и хищническим». Присяжные признали его виновным по нескольким пунктам обвинения, и он получил наказание в виде 15 с половиной лет тюремного заключения.
Лили постепенно пытается восстановить свою жизнь, обретая силы через политический театр и даже включая в свои творческие проекты элементы комедии. Ей удалось выстроить прочные отношения с матерью, а также с теми, кто пережил аналогичные ужасы – так называемая «новая семья», объединившая жертв, поддерживающую друг друга без осуждения. Международный женский день стал символическим днем единения: группа выживших вместе провела время в пабе, демонстрируя, что даже в самых темных моментах можно найти тепло и взаимопонимание.
