Трагическая смерть 24-летней южнокорейской актрисы Ким Сэ Рон, найденной мертвой в своем доме в Сеуле, вновь всколыхнула дискуссию о жестокости индустрии развлечений Южной Кореи. Предполагаемое самоубийство актрисы произошло после интенсивной травли в СМИ и социальных сетях, вызванной её осуждением за вождение в нетрезвом виде в 2022 году.
Случай Ким Сэ Рон не уникален для южнокорейского шоу-бизнеса. В 2019 году K-pop артистки Сулли и Гу Хара также совершили самоубийства после продолжительной интернет-травли. Эксперты отмечают пугающую закономерность в подобных трагедиях.
Масштабы южнокорейской индустрии развлечений впечатляют – более 220 миллионов поклонников по всему миру, что в четыре раза превышает население самой страны. Однако за внешним блеском скрывается жесткая конкурентная среда. Южная Корея лидирует среди развитых стран по уровню самоубийств, причем показатели среди молодежи в возрасте 20-29 лет продолжают расти.
После инцидента с вождением в нетрезвом виде карьера Ким Сэ Рон резко оборвалась – её сцены были вырезаны из сериала Netflix "Bloodhounds" 2023 года. За правонарушение актрису оштрафовали на 20 миллионов вон (около 11 000 фунтов стерлингов) в апреле 2023 года.
Отец Ким Сэ Рон обвинил конкретного YouTube-блогера в причинении глубоких эмоциональных страданий его дочери. Организация «Коалиция граждан за демократические СМИ» назвала происходящее «циклом медийного уничтожения личности» и потребовала прекратить подобную практику освещения.
Профессор психиатрии Йельского университета На Чжон Хо сравнил волну смертей знаменитостей с «реальной версией «Игры в кальмара»". Он раскритиковал общество, которое «отвергает оступившихся и движется дальше, как будто ничего не произошло».
Джефф Бенджамин, обозреватель K-pop культуры, подчеркивает разницу между Южной Кореей и Западом. Если в Голливуде скандал может добавить артисту «рокерского шарма», то корейским знаменитостям крайне сложно восстановить репутацию после любого промаха. При этом политики, такие как оппозиционный лидер Ли Чжэ Мён, несмотря на аналогичные нарушения, сохраняют свои позиции и даже рассматриваются как кандидаты в президенты.
Изображение носит иллюстративный характер
Случай Ким Сэ Рон не уникален для южнокорейского шоу-бизнеса. В 2019 году K-pop артистки Сулли и Гу Хара также совершили самоубийства после продолжительной интернет-травли. Эксперты отмечают пугающую закономерность в подобных трагедиях.
Масштабы южнокорейской индустрии развлечений впечатляют – более 220 миллионов поклонников по всему миру, что в четыре раза превышает население самой страны. Однако за внешним блеском скрывается жесткая конкурентная среда. Южная Корея лидирует среди развитых стран по уровню самоубийств, причем показатели среди молодежи в возрасте 20-29 лет продолжают расти.
После инцидента с вождением в нетрезвом виде карьера Ким Сэ Рон резко оборвалась – её сцены были вырезаны из сериала Netflix "Bloodhounds" 2023 года. За правонарушение актрису оштрафовали на 20 миллионов вон (около 11 000 фунтов стерлингов) в апреле 2023 года.
Отец Ким Сэ Рон обвинил конкретного YouTube-блогера в причинении глубоких эмоциональных страданий его дочери. Организация «Коалиция граждан за демократические СМИ» назвала происходящее «циклом медийного уничтожения личности» и потребовала прекратить подобную практику освещения.
Профессор психиатрии Йельского университета На Чжон Хо сравнил волну смертей знаменитостей с «реальной версией «Игры в кальмара»". Он раскритиковал общество, которое «отвергает оступившихся и движется дальше, как будто ничего не произошло».
Джефф Бенджамин, обозреватель K-pop культуры, подчеркивает разницу между Южной Кореей и Западом. Если в Голливуде скандал может добавить артисту «рокерского шарма», то корейским знаменитостям крайне сложно восстановить репутацию после любого промаха. При этом политики, такие как оппозиционный лидер Ли Чжэ Мён, несмотря на аналогичные нарушения, сохраняют свои позиции и даже рассматриваются как кандидаты в президенты.
