Публичная интеллектуальная работа способна притягивать неожиданные и глубокие беседы. Так, обмен мнениями в сети привел к диалогу с доктором Сьюзан Шнайдер, философом и когнитивистом, которая определила главный риск искусственного интеллекта. По ее мнению, истинная опасность заключается не в восстании машин, а в «единообразии мышления», которое они способны насаждать.
Системы ИИ анализируют личность пользователя, историю его переписки и запросы, чтобы незаметно «подталкивать» его к определенным концептуальным паттернам, или «бассейнам притяжения». Пользователю кажется, что он приходит к оригинальной идее, но на самом деле модель ИИ лишь смешивает и воспроизводит уже существующий материал. Когда этот процесс масштабируется на миллионы пользователей, «интеллектуальное разнообразие коллапсирует».
Эта угроза перекликается с идеями философа Джона Стюарта Милля, который утверждал, что разнообразие мнений является фундаментальным условием для поддержания демократии. Утрата этого разнообразия под влиянием унифицирующего алгоритма представляет собой системный риск для общества.
Однако у человека есть решающее преимущество перед машиной: подлинное творчество является невычислимым процессом. Этот урок армия США усвоила еще в 1940-х годах, когда был создан ENIAC, первый в мире компьютер общего назначения. Военные верили, что машина сможет вычислять и предсказывать будущее, но столкнулись с феноменом, который не поддавался расчетам.
При изучении тактики Габби Габрески, лучшего аса-истребителя Америки, выяснилось, что его успех был основан на непредсказуемости. Он нарушал правила, импровизировал и заставал врага врасплох — действия, которые компьютер не мог ни смоделировать, ни предвидеть.
Это открытие привело к более глубокому пониманию природы творчества. Основы генеративного ИИ — конвергентное и дивергентное мышление — могут быть автоматизированы, но, как утверждает исследователь Ангус Флетчер, этого недостаточно для «практического творчества» в реальном мире. Флетчер заключает: «человеческое творчество управляется механическими процессами, естественными для нейронов животных, но невыполнимыми для любой известной конфигурации электронных транзисторов».
По мнению Флетчера, будущий «искусственный мозг», способный к человеческому творчеству, не будет компьютером. Он потребует нового «нарративно-компетентного оборудования, включающего неэлектронную архитектуру синапса». Стратегия победы над конкурентами остается прежней: усвоить урок армии США о том, что компьютерный ИИ «умен лишь отчасти». Человеческое творчество остается решающим преимуществом, независимо от того, станут ли компьютеры квантовыми, нейросимволическими или разумными.
Принцип долгосрочного выживания применим и в бизнесе, но его секрет не в богатстве или наследии, а в смирении. Это подтверждает опыт «Энокианцев» (The Henokiens) — возможно, самого эксклюзивного бизнес-клуба в мире, основанного в 1981 году. В него входят старейшие семейные компании.
Чтобы стать членом клуба, фирма должна существовать не менее 200 лет, оставаться в руках семьи и быть процветающим предприятием. Сегодня в мире насчитывается всего 60 таких компаний, среди которых производители уксуса из XVI века, ювелиры из XVIII века, а также многовековые банки и издательства.
Лидеров этих компаний отличает глубокое смирение, контрастирующее с бравадой генеральных директоров из списка Fortune 500 и основателей стартапов. Никто из них не ведет активных аккаунтов в социальных сетях и не ищет публичной славы. Их основное убеждение заключается в том, что выживание зависит от постоянных изменений и адаптации, и нельзя путать наследие с гарантией вечности.
Схожий подход, ориентированный на изменение среды, а не на поверхностную адаптацию, предлагает писательница Анн-Лор Ле Канфф в своей статье «Вопрос, который не задал мой диагноз СДВГ». Она ставит под сомнение автоматическое назначение медикаментов при СДВГ, спрашивая, скольких людей лечат, чтобы они вписались в среду, «принципиально несовместимую с их нейробиологией». Альтернатива — реструктурировать саму среду, чтобы устранить первопричину, а не тянуться «за рецептурным бланком».
В конечном счете, и в творчестве, и в бизнесе, и в личной жизни фундаментальную роль играет осмысленность действий. Эту идею сформулировал Дэниел Эк, сооснователь и генеральный директор Spotify, в изложении Дэвида Сенры. Философия Эка гласит, что «счастье — это запаздывающий показатель влияния». Погоня за счастьем как самоцелью ведет лишь к довольству. Истинное удовлетворение и счастье являются наградой за значимую и влиятельную работу, что переосмысливает амбиции не как эгоистичное стремление, а как «великодушный акт созидания».
Изображение носит иллюстративный характер
Системы ИИ анализируют личность пользователя, историю его переписки и запросы, чтобы незаметно «подталкивать» его к определенным концептуальным паттернам, или «бассейнам притяжения». Пользователю кажется, что он приходит к оригинальной идее, но на самом деле модель ИИ лишь смешивает и воспроизводит уже существующий материал. Когда этот процесс масштабируется на миллионы пользователей, «интеллектуальное разнообразие коллапсирует».
Эта угроза перекликается с идеями философа Джона Стюарта Милля, который утверждал, что разнообразие мнений является фундаментальным условием для поддержания демократии. Утрата этого разнообразия под влиянием унифицирующего алгоритма представляет собой системный риск для общества.
Однако у человека есть решающее преимущество перед машиной: подлинное творчество является невычислимым процессом. Этот урок армия США усвоила еще в 1940-х годах, когда был создан ENIAC, первый в мире компьютер общего назначения. Военные верили, что машина сможет вычислять и предсказывать будущее, но столкнулись с феноменом, который не поддавался расчетам.
При изучении тактики Габби Габрески, лучшего аса-истребителя Америки, выяснилось, что его успех был основан на непредсказуемости. Он нарушал правила, импровизировал и заставал врага врасплох — действия, которые компьютер не мог ни смоделировать, ни предвидеть.
Это открытие привело к более глубокому пониманию природы творчества. Основы генеративного ИИ — конвергентное и дивергентное мышление — могут быть автоматизированы, но, как утверждает исследователь Ангус Флетчер, этого недостаточно для «практического творчества» в реальном мире. Флетчер заключает: «человеческое творчество управляется механическими процессами, естественными для нейронов животных, но невыполнимыми для любой известной конфигурации электронных транзисторов».
По мнению Флетчера, будущий «искусственный мозг», способный к человеческому творчеству, не будет компьютером. Он потребует нового «нарративно-компетентного оборудования, включающего неэлектронную архитектуру синапса». Стратегия победы над конкурентами остается прежней: усвоить урок армии США о том, что компьютерный ИИ «умен лишь отчасти». Человеческое творчество остается решающим преимуществом, независимо от того, станут ли компьютеры квантовыми, нейросимволическими или разумными.
Принцип долгосрочного выживания применим и в бизнесе, но его секрет не в богатстве или наследии, а в смирении. Это подтверждает опыт «Энокианцев» (The Henokiens) — возможно, самого эксклюзивного бизнес-клуба в мире, основанного в 1981 году. В него входят старейшие семейные компании.
Чтобы стать членом клуба, фирма должна существовать не менее 200 лет, оставаться в руках семьи и быть процветающим предприятием. Сегодня в мире насчитывается всего 60 таких компаний, среди которых производители уксуса из XVI века, ювелиры из XVIII века, а также многовековые банки и издательства.
Лидеров этих компаний отличает глубокое смирение, контрастирующее с бравадой генеральных директоров из списка Fortune 500 и основателей стартапов. Никто из них не ведет активных аккаунтов в социальных сетях и не ищет публичной славы. Их основное убеждение заключается в том, что выживание зависит от постоянных изменений и адаптации, и нельзя путать наследие с гарантией вечности.
Схожий подход, ориентированный на изменение среды, а не на поверхностную адаптацию, предлагает писательница Анн-Лор Ле Канфф в своей статье «Вопрос, который не задал мой диагноз СДВГ». Она ставит под сомнение автоматическое назначение медикаментов при СДВГ, спрашивая, скольких людей лечат, чтобы они вписались в среду, «принципиально несовместимую с их нейробиологией». Альтернатива — реструктурировать саму среду, чтобы устранить первопричину, а не тянуться «за рецептурным бланком».
В конечном счете, и в творчестве, и в бизнесе, и в личной жизни фундаментальную роль играет осмысленность действий. Эту идею сформулировал Дэниел Эк, сооснователь и генеральный директор Spotify, в изложении Дэвида Сенры. Философия Эка гласит, что «счастье — это запаздывающий показатель влияния». Погоня за счастьем как самоцелью ведет лишь к довольству. Истинное удовлетворение и счастье являются наградой за значимую и влиятельную работу, что переосмысливает амбиции не как эгоистичное стремление, а как «великодушный акт созидания».
