Глобально мужчины в среднем на 5 дюймов (13 сантиметров) выше женщин. Причины этой устойчивой разницы до конца не ясны, но наука выявила ключевых игроков: гены и гормоны.
Рост – сложный полигенный признак. Александр Берри, биоинформатик из Медицинского колледжа Гейзингер в Пенсильвании, подчеркивает: это «знаменитое полигенное свойство». Гены на половых хромосомах (X, Y) и аутосомах совместно определяют рост. Исследования близнецов подтверждают: около 80% различий в росте обусловлены наследственностью. Масштабное исследование 2022 года в журнале Nature выявило 12 111 мест в геноме, где вариации единичных нуклеотидов (G, A, T, C) значимо связаны с ростом.
Особая роль отводится гену SHOX, расположенному как на X, так и на Y хромосомах. Он ответственен примерно за 25% средней разницы в 5 дюймов. Мутации SHOX ведут к нарушениям роста костей, как при синдроме Лери-Вейля. Изучение анеуплоидий (атипичного числа половых хромосом) пролило свет на механизм. Работа Берри и коллег, опубликованная в PNAS в мае 2025 года на основе данных 928 605 человек (включая 1225 с анеуплоидией, например, XXX, XXY), показала: лишние Y-хромосомы влияют на рост сильнее, чем лишние X. Причина – инактивация одной X-хромосомы у женщин (XX), тогда как у мужчин (XY) оба гена SHOX активны. Этим объясняется и низкий рост женщин с синдромом Тернера (одна X-хромосома).
Гормоны – второй ключевой фактор. Тестостерон, производимый преимущественно у мужчин, отвечает за мужские характеристики. Берри предполагает, что гены Y-хромосомы могут влиять на выработку гормонов, таких как тестостерон, косвенно стимулируя рост, но отмечает сложность этой связи. Важны и другие гормоны: соматотропин (гормон роста) и инсулиноподобный фактор роста 1 (IGF-1), пик которых приходится на пубертат.
Особое место занимает эстроген. Холли Дансворт, профессор антропологии из Университета Род-Айленда, называет его «звездой» и «основным драйвером роста длинных костей». Эстроген, вырабатываемый у обоих полов в период полового созревания, действует в две фазы: сначала стимулирует рост костей, а затем, достигнув высокого уровня, вызывает окостенение (закрытие) зон роста, останавливая рост. Пик выработки эстрогена у женщин наступает раньше, чем у мужчин, что приводит к более раннему прекращению роста. Дансворт в своей статье 2020 года в Evolutionary Anthropology выдвигает гипотезу, что именно этот временной фактор эстрогена, а не только эволюционные соображения, частично объясняет разницу в росте.
Негенетические факторы ответственны за оставшиеся 20% вариаций. Питание, климат и другие условия среды играют значимую роль. Пол не является абсолютным детерминантом: некоторые женщины выше некоторых мужчин. Точное взаимодействие генов, гормонов и среды остается загадкой. Берри считает, что ключ к разгадке может лежать в вариациях экспрессии генов, что требует масштабных исследований экспрессии.
Изображение носит иллюстративный характер
Рост – сложный полигенный признак. Александр Берри, биоинформатик из Медицинского колледжа Гейзингер в Пенсильвании, подчеркивает: это «знаменитое полигенное свойство». Гены на половых хромосомах (X, Y) и аутосомах совместно определяют рост. Исследования близнецов подтверждают: около 80% различий в росте обусловлены наследственностью. Масштабное исследование 2022 года в журнале Nature выявило 12 111 мест в геноме, где вариации единичных нуклеотидов (G, A, T, C) значимо связаны с ростом.
Особая роль отводится гену SHOX, расположенному как на X, так и на Y хромосомах. Он ответственен примерно за 25% средней разницы в 5 дюймов. Мутации SHOX ведут к нарушениям роста костей, как при синдроме Лери-Вейля. Изучение анеуплоидий (атипичного числа половых хромосом) пролило свет на механизм. Работа Берри и коллег, опубликованная в PNAS в мае 2025 года на основе данных 928 605 человек (включая 1225 с анеуплоидией, например, XXX, XXY), показала: лишние Y-хромосомы влияют на рост сильнее, чем лишние X. Причина – инактивация одной X-хромосомы у женщин (XX), тогда как у мужчин (XY) оба гена SHOX активны. Этим объясняется и низкий рост женщин с синдромом Тернера (одна X-хромосома).
Гормоны – второй ключевой фактор. Тестостерон, производимый преимущественно у мужчин, отвечает за мужские характеристики. Берри предполагает, что гены Y-хромосомы могут влиять на выработку гормонов, таких как тестостерон, косвенно стимулируя рост, но отмечает сложность этой связи. Важны и другие гормоны: соматотропин (гормон роста) и инсулиноподобный фактор роста 1 (IGF-1), пик которых приходится на пубертат.
Особое место занимает эстроген. Холли Дансворт, профессор антропологии из Университета Род-Айленда, называет его «звездой» и «основным драйвером роста длинных костей». Эстроген, вырабатываемый у обоих полов в период полового созревания, действует в две фазы: сначала стимулирует рост костей, а затем, достигнув высокого уровня, вызывает окостенение (закрытие) зон роста, останавливая рост. Пик выработки эстрогена у женщин наступает раньше, чем у мужчин, что приводит к более раннему прекращению роста. Дансворт в своей статье 2020 года в Evolutionary Anthropology выдвигает гипотезу, что именно этот временной фактор эстрогена, а не только эволюционные соображения, частично объясняет разницу в росте.
Негенетические факторы ответственны за оставшиеся 20% вариаций. Питание, климат и другие условия среды играют значимую роль. Пол не является абсолютным детерминантом: некоторые женщины выше некоторых мужчин. Точное взаимодействие генов, гормонов и среды остается загадкой. Берри считает, что ключ к разгадке может лежать в вариациях экспрессии генов, что требует масштабных исследований экспрессии.
