В 2016 году археологическая экспедиция на острове Ибо в архипелаге Киримбас, Мозамбик, обнаружила находки, способные изменить представления о торговле в Восточной Африке XI–XII веков. Среди находок — три бронзовые монеты, цепь, металлические фрагменты, а также керамика из Персидского залива или Ирана, фрагмент каменной посуды (вероятно, из Ирана или Омана) и стеклянные бусы из Индии и Центральной Азии. Эти предметы свидетельствуют о вовлечённости небольших прибрежных деревень, таких как Ибо, в обширные торговые сети Индийского океана.
Ранее роль Северного Мозамбика в суахилийской торговле считалась незначительной, однако анализ находок заставил пересмотреть эту позицию. Исследование, опубликованное в издании Azania: Archaeological Research in Africa под руководством доктора Игнасио Монтеро-Руиса, сфокусировалось на происхождении медных артефактов, главным образом бронзовых монет с острова Ибо.
Металлургический анализ монет, выполненный с помощью рентгенофлуоресцентного анализа и исследования изотопов свинца, выявил уникальный состав: высокий процент олова и свинца при полном отсутствии мышьяка, что отличает их от обычных суахилийских монет. Такой состав указывает на смену источника меди для чеканки монет суахили в XI–XII веках.
Изотопный анализ с применением масс-спектрометрии позволил сопоставить подписи свинца с известными месторождениями меди в Африке и Евразии. Было установлено, что металл не происходил из исламского мира и не являлся переработанным. Наиболее вероятным источником оказалась медная провинция в районе Конго-Киншаса, предположительно рудник Шинколобве. Это самое дальнее из известных на сегодняшний день месторождений меди, использованной для подобных артефактов.
Определить однозначно, были ли найденные монеты отчеканены именно на территории суахили, затруднительно из-за их плохой сохранности. Тем не менее, установлена прямая связь между монетами Ибо и денежным обращением города Килва — одного из крупнейших центров суахилийской культуры.
Архипелаг Киримбас, частью которого является Ибо, входил в торговую сеть золота, объединявшую Килву, Лимпопо (Южная Африка) и долину Замбези. Крупнейшими игроками в контроле над транзитом золота и слоновой кости в Средней долине Лимпопо выступали такие государства, как Мапела (ок. 1055–1450 гг. н. э.), Мапунгубве (ок. 1220–1300 гг. н. э.) и Великий Зимбабве (ок. 1300–1450 гг. н. э.). Эти торговые связи способствовали распространению металлургии золота, олова, бронзы и латуни в Южной Африке во II тысячелетии.
Золотая бусина, найденная на Ибо и изученная профессором Марией Руис-Гальвес Пьерго, показала по химическому составу, что золото поступало либо из Великого Зимбабве, либо из Южной Африки (зелёные пояса или бассейн Витватерсранд), хотя различить эти источники по следовым элементам сложно. Большая часть меди и бронзы добывалась на месте — в Южной Африке, Зимбабве и Ботсване, однако часть металлов, как показал случай с Ибо, поступала из Конго-Киншаса.
Торговый путь через Софалу традиционно считался главным маршрутом для золота из Зимбабве, в то время как медь, по мнению профессора Руис-Гальвес Пьерго, вероятно транспортировалась по реке Лимпопо: «Скорее всего, именно по реке Лимпопо проходила основная медная дорога».
Исследование подчёркивает, что медные рудники Конго-Киншаса могли быть интегрированы в торговые маршруты суахили, а небольшие поселения, такие как Ибо, играли более значимую роль в ранней торговле Индийского океана, чем считалось ранее. Медь и другие ценные материалы могли проходить через Киримбас, прежде чем попасть в крупные суахилийские торговые центры.
Открытия на Ибо свидетельствуют о сложных и дальнобойных связях Восточной и Южной Африки с исламским и индийским мирами, а также о том, что даже небольшие общины были интегрированы в глобальные экономические процессы средневековья.
Изображение носит иллюстративный характер
Ранее роль Северного Мозамбика в суахилийской торговле считалась незначительной, однако анализ находок заставил пересмотреть эту позицию. Исследование, опубликованное в издании Azania: Archaeological Research in Africa под руководством доктора Игнасио Монтеро-Руиса, сфокусировалось на происхождении медных артефактов, главным образом бронзовых монет с острова Ибо.
Металлургический анализ монет, выполненный с помощью рентгенофлуоресцентного анализа и исследования изотопов свинца, выявил уникальный состав: высокий процент олова и свинца при полном отсутствии мышьяка, что отличает их от обычных суахилийских монет. Такой состав указывает на смену источника меди для чеканки монет суахили в XI–XII веках.
Изотопный анализ с применением масс-спектрометрии позволил сопоставить подписи свинца с известными месторождениями меди в Африке и Евразии. Было установлено, что металл не происходил из исламского мира и не являлся переработанным. Наиболее вероятным источником оказалась медная провинция в районе Конго-Киншаса, предположительно рудник Шинколобве. Это самое дальнее из известных на сегодняшний день месторождений меди, использованной для подобных артефактов.
Определить однозначно, были ли найденные монеты отчеканены именно на территории суахили, затруднительно из-за их плохой сохранности. Тем не менее, установлена прямая связь между монетами Ибо и денежным обращением города Килва — одного из крупнейших центров суахилийской культуры.
Архипелаг Киримбас, частью которого является Ибо, входил в торговую сеть золота, объединявшую Килву, Лимпопо (Южная Африка) и долину Замбези. Крупнейшими игроками в контроле над транзитом золота и слоновой кости в Средней долине Лимпопо выступали такие государства, как Мапела (ок. 1055–1450 гг. н. э.), Мапунгубве (ок. 1220–1300 гг. н. э.) и Великий Зимбабве (ок. 1300–1450 гг. н. э.). Эти торговые связи способствовали распространению металлургии золота, олова, бронзы и латуни в Южной Африке во II тысячелетии.
Золотая бусина, найденная на Ибо и изученная профессором Марией Руис-Гальвес Пьерго, показала по химическому составу, что золото поступало либо из Великого Зимбабве, либо из Южной Африки (зелёные пояса или бассейн Витватерсранд), хотя различить эти источники по следовым элементам сложно. Большая часть меди и бронзы добывалась на месте — в Южной Африке, Зимбабве и Ботсване, однако часть металлов, как показал случай с Ибо, поступала из Конго-Киншаса.
Торговый путь через Софалу традиционно считался главным маршрутом для золота из Зимбабве, в то время как медь, по мнению профессора Руис-Гальвес Пьерго, вероятно транспортировалась по реке Лимпопо: «Скорее всего, именно по реке Лимпопо проходила основная медная дорога».
Исследование подчёркивает, что медные рудники Конго-Киншаса могли быть интегрированы в торговые маршруты суахили, а небольшие поселения, такие как Ибо, играли более значимую роль в ранней торговле Индийского океана, чем считалось ранее. Медь и другие ценные материалы могли проходить через Киримбас, прежде чем попасть в крупные суахилийские торговые центры.
Открытия на Ибо свидетельствуют о сложных и дальнобойных связях Восточной и Южной Африки с исламским и индийским мирами, а также о том, что даже небольшие общины были интегрированы в глобальные экономические процессы средневековья.
