В Великобритании все больше людей выбирают суши на обед, но мало кто подозревает, что появление суши в современном виде связано с морской водорослью «лавер», произрастающей на северном побережье Уэльса. Именно она стала ключом к появлению всемирно известного нори — черной водоросли, которой оборачивают роллы.
Истоки этого открытия уходят к британскому ученому Кэтлин Дрю, начавшей свои исследования более ста лет назад. В Японии она почитается почти как богиня, хотя никогда там не бывала. Дрю была одной из первых женщин, добившихся признания в науке: она специализировалась на прибрежной ботанике и водорослях, в 1925 году получила двухлетнюю стипендию в Калифорнийском университете в Беркли и даже добралась до Гавайев ради исследований.
Однако личная жизнь поставила перед ней препятствия: в 1928 году, выйдя замуж за коллегу и став Кэтлин Дрю-Бейкер, она по университетским правилам лишилась оплачиваемой должности. Осталась лишь почетная, но неоплачиваемая позиция в Манчестерском университете. Работая дома и лишь иногда в университете, Дрю-Бейкер жила на зарплату мужа, собирала образцы в банках из-под варенья и соорудила приливной аквариум в лаборатории без финансирования.
В 1949 году в небольшом городке Роснейгр на острове Англси (Северный Уэльс) Кэтлин Дрю-Бейкер собрала порфиру — водоросль, из которой делают традиционный уэльский продукт «лавербред». В лаборатории она поместила порфиру в солёную воду, дала ей выпустить споры, которые перенесла в другую ёмкость с ракушкой. Спустя время ракушка покрылась красным налётом. Так Дрю-Бейкер установила: красная водоросль, известная как Conchocelis rosea, это не отдельный вид, как считали ранее, а промежуточная стадия жизненного цикла порфиры.
Краткая статья Кэтлин Дрю-Бейкер, опубликованная в журнале Nature, произвела фурор среди японских ботаников. В Японии нори — та же порфира, что и уэльский лавер, — был основой морской диеты, но производство стремительно падало: между урожаями водоросль будто исчезала, не оставляя «семян», а экологические бедствия и послевоенный голод лишь усугубляли ситуацию. Открытие британки показало: нори не исчезает, а переходит в стадию Conchocelis rosea, живущую на ракушках. Решение было простым: обеспечить спорам ракушки, закрепив их на сетях.
Это изменило всё: производство нори стало предсказуемым, отрасль превратилась в многомиллиардную индустрию, а нори стал ежедневной пищей для миллионов японцев и ключевым элементом экономики страны. Суши с нори сегодня можно купить не только в Японии, но и в любом британском супермаркете — от Tesco до маленьких кафе.
В японском городе Уто на юго-западном побережье, в шести тысячах миль от Уэльса, морские фермеры установили статую Кэтлин Дрю-Бейкер. С 1963 года, спустя шесть лет после её смерти, каждый год 14 апреля там проходит церемония с участием синтоистских жрецов и людей со всей Японии. В этот же день в Уэльсе отмечается Национальный день лавербреда в её честь. На холме над Уто возвышается святилище с видом на поля нори, а Кэтлин называют «онжин» — благодетельницей, которой все обязаны, и даже «Матерью моря». В японских иероглифах слово «море» составляют символы воды, матери и всех людей.
Научная работа Кэтлин Дрю-Бейкер раскрыла тайну жизненного цикла водорослей, объединила британские и японские традиции и дала толчок промышленности, без которой трудно представить современную кухню — от уэльского лавербреда до суши, ставших частью глобального рациона.
Изображение носит иллюстративный характер
Истоки этого открытия уходят к британскому ученому Кэтлин Дрю, начавшей свои исследования более ста лет назад. В Японии она почитается почти как богиня, хотя никогда там не бывала. Дрю была одной из первых женщин, добившихся признания в науке: она специализировалась на прибрежной ботанике и водорослях, в 1925 году получила двухлетнюю стипендию в Калифорнийском университете в Беркли и даже добралась до Гавайев ради исследований.
Однако личная жизнь поставила перед ней препятствия: в 1928 году, выйдя замуж за коллегу и став Кэтлин Дрю-Бейкер, она по университетским правилам лишилась оплачиваемой должности. Осталась лишь почетная, но неоплачиваемая позиция в Манчестерском университете. Работая дома и лишь иногда в университете, Дрю-Бейкер жила на зарплату мужа, собирала образцы в банках из-под варенья и соорудила приливной аквариум в лаборатории без финансирования.
В 1949 году в небольшом городке Роснейгр на острове Англси (Северный Уэльс) Кэтлин Дрю-Бейкер собрала порфиру — водоросль, из которой делают традиционный уэльский продукт «лавербред». В лаборатории она поместила порфиру в солёную воду, дала ей выпустить споры, которые перенесла в другую ёмкость с ракушкой. Спустя время ракушка покрылась красным налётом. Так Дрю-Бейкер установила: красная водоросль, известная как Conchocelis rosea, это не отдельный вид, как считали ранее, а промежуточная стадия жизненного цикла порфиры.
Краткая статья Кэтлин Дрю-Бейкер, опубликованная в журнале Nature, произвела фурор среди японских ботаников. В Японии нори — та же порфира, что и уэльский лавер, — был основой морской диеты, но производство стремительно падало: между урожаями водоросль будто исчезала, не оставляя «семян», а экологические бедствия и послевоенный голод лишь усугубляли ситуацию. Открытие британки показало: нори не исчезает, а переходит в стадию Conchocelis rosea, живущую на ракушках. Решение было простым: обеспечить спорам ракушки, закрепив их на сетях.
Это изменило всё: производство нори стало предсказуемым, отрасль превратилась в многомиллиардную индустрию, а нори стал ежедневной пищей для миллионов японцев и ключевым элементом экономики страны. Суши с нори сегодня можно купить не только в Японии, но и в любом британском супермаркете — от Tesco до маленьких кафе.
В японском городе Уто на юго-западном побережье, в шести тысячах миль от Уэльса, морские фермеры установили статую Кэтлин Дрю-Бейкер. С 1963 года, спустя шесть лет после её смерти, каждый год 14 апреля там проходит церемония с участием синтоистских жрецов и людей со всей Японии. В этот же день в Уэльсе отмечается Национальный день лавербреда в её честь. На холме над Уто возвышается святилище с видом на поля нори, а Кэтлин называют «онжин» — благодетельницей, которой все обязаны, и даже «Матерью моря». В японских иероглифах слово «море» составляют символы воды, матери и всех людей.
Научная работа Кэтлин Дрю-Бейкер раскрыла тайну жизненного цикла водорослей, объединила британские и японские традиции и дала толчок промышленности, без которой трудно представить современную кухню — от уэльского лавербреда до суши, ставших частью глобального рациона.
