Свидетельство о добровольном уходе из жизни, произошедшем в Калифорнии, описывает случай 80-летнего Уэйна Хокинса, решившего положить конец мучениям, на фоне активных дебатов в Вестминстере по законопроекту Terminally Ill Adults (End of Life) Bill, предложенному депутатом Ким Лидбитир, который при одобрении может быть применён уже в следующем году и реализован в течение четырёх лет.
Уэйн Хокинс, проживающий в Сан-Диего, вместе со своей женой Стеллой (78) провёл последние годы, напоминая историю знакомства 1969 года и свадьбы в 1973, во многом обусловленной настойчивыми приглашениями его матери. После долгих лет в Аркате, Северная Калифорния, он трудился ландшафтным архитектором, а Стелла работала учителем начальных классов; их общие прогулки, походы и семейные приключения, а также присутствие детей Эмили (48) и Эшли (44), проводивших последние две недели у его постели, свидетельствуют о крепких семейных узах.
Медицинское заключение выявило у Уэйна серьезные проблемы: сердечную недостаточность, рак простаты, печёночную недостаточность и сепсис, вызывающий сильные боли в позвоночнике, что дало право на ассистированное самоубийство при прогнозе менее шести месяцев жизни.
За 30 минут до принятия смертельной дозы Уэйн принял три противорвотные таблетки для минимизации риска рвоты, а на верхней полке спальни находилась коричневая стеклянная бутылка с мелким белым порошком — смесью пяти препаратов, дозировки которых превышали стандартные в сотни раз; медикаменты были доставлены в дом за день до процедуры.
Под наблюдением доктора Донни Мура, имеющего опыт участия в 150 ассистированных смертях, и подтверждениям второго специалиста, препарат был приготовлен путём смешивания с вишневым и ананасовым соком для смягчения горечи. Уэйн, выразив свою решимость словами «Я полностью согласен» и подчеркнув: «Британия довольно свободна, и это — ещё одна свобода», принял розоватую жидкость, отказавшись от искусственных мер продления жизни, таких как интубация и искусственное питание.
В 11:47 Уэйн принял приготовленный препарат, через две минуты ощутив нарастающую сонливость, а через три минуты погрузившись в глубокий необратимый сон; последние мгновения сопровождались семейной фотографией, на которой он держал руку Стеллы, а за окном слышалось пение одинокой птицы, придающее символический оттенок прощанию. В 12:22 доктор Мур подтвердил уход, назвав его «самым глубоким сном, который только можно представить».
Случай Уэйна Хокинса становится ярким примером в дискуссиях об ассистированном уходе, поскольку предлагаемый в Вестминстере законопроект предусматривает аналогичные условия: наличие прогноза менее шести месяцев жизни, подтверждение решения двумя независимыми врачами и две подписанные декларации о желании скончаться. Отличительной особенностью британской схемы является то, что медикамент врач приносит непосредственно, а период ожидания может составлять около месяца, в то время как в Калифорнии первоначально предусматривался 15-дневный, а затем сокращён до 48-часового периода охлаждения.
Поддержка решения исходила из самой семьи: Стелла, разделившая с Уэйном более пятидесяти лет жизни, видела в выборе супруга возможность избежать мучительной и унизительной смерти, подобной тем, что наблюдались при сердечной недостаточности. Врач-паллиативист доктор Винсент Нгуен осудил ассистированные смерти за «тихое принуждение», а активистка Ингрид Тишер, страдающая от мышечной дистрофии и хронической дыхательной недостаточности, предостерегала о риске умаления ценности жизней людей с ограниченными возможностями. Примеры таких пар, как Мишель и Майк Картер (оба 72 года, женаты 43 года, Мишель страдает от запущенного рака яичников, а Майк – от рака простаты с метастазами в лимфатические узлы), подчёркивают необходимость всестороннего обсуждения этических, медицинских и социальных аспектов добровольного ухода из жизни.
Изображение носит иллюстративный характер
Уэйн Хокинс, проживающий в Сан-Диего, вместе со своей женой Стеллой (78) провёл последние годы, напоминая историю знакомства 1969 года и свадьбы в 1973, во многом обусловленной настойчивыми приглашениями его матери. После долгих лет в Аркате, Северная Калифорния, он трудился ландшафтным архитектором, а Стелла работала учителем начальных классов; их общие прогулки, походы и семейные приключения, а также присутствие детей Эмили (48) и Эшли (44), проводивших последние две недели у его постели, свидетельствуют о крепких семейных узах.
Медицинское заключение выявило у Уэйна серьезные проблемы: сердечную недостаточность, рак простаты, печёночную недостаточность и сепсис, вызывающий сильные боли в позвоночнике, что дало право на ассистированное самоубийство при прогнозе менее шести месяцев жизни.
За 30 минут до принятия смертельной дозы Уэйн принял три противорвотные таблетки для минимизации риска рвоты, а на верхней полке спальни находилась коричневая стеклянная бутылка с мелким белым порошком — смесью пяти препаратов, дозировки которых превышали стандартные в сотни раз; медикаменты были доставлены в дом за день до процедуры.
Под наблюдением доктора Донни Мура, имеющего опыт участия в 150 ассистированных смертях, и подтверждениям второго специалиста, препарат был приготовлен путём смешивания с вишневым и ананасовым соком для смягчения горечи. Уэйн, выразив свою решимость словами «Я полностью согласен» и подчеркнув: «Британия довольно свободна, и это — ещё одна свобода», принял розоватую жидкость, отказавшись от искусственных мер продления жизни, таких как интубация и искусственное питание.
В 11:47 Уэйн принял приготовленный препарат, через две минуты ощутив нарастающую сонливость, а через три минуты погрузившись в глубокий необратимый сон; последние мгновения сопровождались семейной фотографией, на которой он держал руку Стеллы, а за окном слышалось пение одинокой птицы, придающее символический оттенок прощанию. В 12:22 доктор Мур подтвердил уход, назвав его «самым глубоким сном, который только можно представить».
Случай Уэйна Хокинса становится ярким примером в дискуссиях об ассистированном уходе, поскольку предлагаемый в Вестминстере законопроект предусматривает аналогичные условия: наличие прогноза менее шести месяцев жизни, подтверждение решения двумя независимыми врачами и две подписанные декларации о желании скончаться. Отличительной особенностью британской схемы является то, что медикамент врач приносит непосредственно, а период ожидания может составлять около месяца, в то время как в Калифорнии первоначально предусматривался 15-дневный, а затем сокращён до 48-часового периода охлаждения.
Поддержка решения исходила из самой семьи: Стелла, разделившая с Уэйном более пятидесяти лет жизни, видела в выборе супруга возможность избежать мучительной и унизительной смерти, подобной тем, что наблюдались при сердечной недостаточности. Врач-паллиативист доктор Винсент Нгуен осудил ассистированные смерти за «тихое принуждение», а активистка Ингрид Тишер, страдающая от мышечной дистрофии и хронической дыхательной недостаточности, предостерегала о риске умаления ценности жизней людей с ограниченными возможностями. Примеры таких пар, как Мишель и Майк Картер (оба 72 года, женаты 43 года, Мишель страдает от запущенного рака яичников, а Майк – от рака простаты с метастазами в лимфатические узлы), подчёркивают необходимость всестороннего обсуждения этических, медицинских и социальных аспектов добровольного ухода из жизни.
